—качать текст произведени€

√раф Ќулин


√раф Ќулин

јвтор: Ѕелый јлександр јндреевич

e-mail: white@narod.ru
тел. +7(495) 431-1634

√лава II. "Ѕывают странные сближени€".

"Ќикогда € не могла хорошенько пон€ть, кака€ разница между пушкой и единорогом", - говорила ≈катерина II какому-то генералу. –азница больша€, - отвечал он, - сейчас доложу ¬ашему ¬еличеству. ¬от изволитШ видеть: пушка сама по себе, а единорог сам по себе". - "ј, теперь понимаю, - сказала императрица"[1]. —овершенно аналогичную задачу задал читателю ѕушкин окончанием своей заметки о "√рафе Ќулине": "я имею привычку на моих бумагах выставл€ть год и число. "√раф Ќулин" писан 13 и 14 декабр€. Ѕывают странные сближени€" (VII, 156). — невинным видом, подобно императрице, ѕушкин предлагает нам помочь ему "хорошенько пон€ть разницу" между пушками 14 декабр€ 1825 года, т.е. восстанием декабристов, и "чудным зверем - "√рафом Ќулиным".

јссоциативный ход настолько неожиданен, можно даже сказать произволен, что самый естественный импульс заставл€ет повторить ответ екатерининского генерала: поэма - сама по себе, а декабристы - сами по себеО —обственно так и получилось, что пушкинистами поэма анализировалась с точки зрени€ поэтики, динамики стил€ и т.п., но без "проекции" на декабристов.

Ќе будем, однако, упрощать. ”клончивость критики в доискивании основы странного сближени€ обусловлена не только литературоведческой осторожностью, недоверием к слишком вольным выходам за рамки текста° ¬ данном случае оправдание подобному выходу дал сам ѕушкин. Ѕолее весома€ причина состоит в том, что тема "декабристы и ѕушкин" никогда не была политически нейтральной и в силу требований господствовавшей идеологии не могла рассматриватьс€ с должной объективностью. —ложность пушкинского хода мысли была удобным доводом в пользу того, чтобы вообще уйти от попыток разгадки нулинского парадокса. ¬ремена изменились. ѕушкинский вызов должен быть прин€т.

«аметка о "√рафе Ќулине" писалась в 1830 году, когда судьба м€тежных друзей была известна. »зложение замысла не могло не быть тщательно обдумано, каждый пассаж выверен, наделен своей функцией, ориентированнољ на заключительное "странное сближение". —тиль заметки внутренне полемичен, с "камешками в чужой огород" и "шпильками", слово, по выражению ћ.Ѕахтина, "корчитс€ в присутствии или в предчувствии чужого слова, ответа, возражени€"[2]. ѕрочтем ее внимательно и попытаемс€ вывести автора "на чистую воду".

"¬ конце 1825 года находилс€ € в деревне. ѕеречитыва€ "Ћукрецию", довольно слабую поэму Ўекспира, € подумал: что если бы Ћукреции пришла мысль дать пощечину “арквинию? быть может, это охладило б его предприимчивостьЦ и он со стыдом принужден был отступить? Ћукреци€ б не зарезалась, ѕубликола не взбесилс€ бы, Ѕрут не изгнал бы царей, и мир и истори€ мира были бы не те.

»так, республикою, консулами, диктаторами,  атонами,  есарем мы об€заны соблазнительному происшествию, подобному тому, которое случилось недавно в моем соседстве, в Ќоворжевском уезде.

ћысль пародировать историю и Ўекспира мне представилась, € не мог воспротивитьс€ двойному искушению и в два утра написал эту повесть".

ƒалее - о "странном сближении".

«амысел рассказан и можно бы приступить к чтению самой поэмы, но мешают некоторые "темные места".

ѕочему именно "Ћукреци€" привлекла внимание ѕушкина?  азалось бы €сно сказано ѕушкиным- чтобы пародировать историю и Ўекспира. ќтделим все же "пушку" от "носорога". ¬опрос первый- какой смысл был пародироватЉ "слабую" поэму? ¬опрос второй- что значит пародировать Ўекспира?

ќтветы на эти вопросы обычно стро€тс€ по следующей схеме: в "«аметке" ѕушкин изложил концепцию философии истории, отвечающую сюжету Ћукреции; ее наивность и вызвала "желание подшутить над "историческими" воззрени€ми такого рода, спародировать и т а к у ю "историю", и всерьез прин€вшего ее Ўекспира"[3](5, разр€дка автора.-ј.Ѕ.). Ћогика сомнительна€.

¬р€д ли ѕушкин не знал, что "Ћукреци€"- одна из двух первых поэм Ўекспира. Ќаписанию "√рафа Ќулина" предшествовало внимательное изучение Ўекспира, учеба у Ўекспира, сильнейшим образом повли€вша€ на концепцию "Ѕориса √одунова". ћог ли он после этого, да и кака€ в том честь была бы, пародировать исторические взгл€ды Ўекспира-юноши?

„тобы литературное произведение воспринималось как пароди€, необходимо, чтобы пародируемый образ был известен и узнаваем читателем. "ѕароди€ существует постольку, - писал ё.“ын€нов, - поскольку сквозь произведение просвечивает второй план, пародируемый"[4].  то в те времена знал эту шекспировскую поэму, какую роль она играла в литературных волнени€х тех лет, чтобы представл€ть интерес как "второй план" к пушкинской вещи? ƒаже дл€ читавших "Ћукрецию" пушкинска€ пароди€ была бы "немой".

— другой стороны, если дл€ понимани€ "Ќулина" существенно важна шекспировска€ поэма, то важны и герои. ќднако, сам ѕушкин их, почему-то, не очень хорошо помнит- в "«аметке" фигурирует им€ ѕубликолы, которого у Ўекспира нет. Ќа заре нашего века ѕ.ќ.ћорозов предложил считать, что ѕушкин имел ввиду мужа Ћукреции  оллатина. ќспарива€ эту, бытующую до сих пор, точку зрени€, ё.ƒ.Ћевин справедливо указывает, что слова "ѕубликола не взбесилс€ бы" никак не подход€т  оллатину, и предлагает другого кандидата - ѕубли€ ¬алери€. — такой заменой, однако, тоже трудно согласитьс€ - имени ѕубли€ ¬алери€ нет в "Ћукреции" [5]. ” Ўекспира есть только один герой, поведение которого необычно, перемене в ком окружающие (в поэме Ўекспира) "див€тс€" - это Ѕрут:

                                  ...это был уже не шут,
                      ¬сех тешивший проказами своими,
                       аким доныне слыл он в гордом –име.
                      ќн сбросил маску, шутовской нар€д,
                      Ќосимый им из хитрости глубокой...
                                   (перевод Ќ.Xолодковского)

»менно Ѕрут произносит пламенную речь, кл€нетс€ отомстить. ¬след за ним кл€нутс€ остальные:

                      » привели все это в исполненье.
                      ¬осставши, –има жители тогда
                      “арквини€ изгнали навсегда.

” Ўекспира основна€ канва истории Ћукреции очень близко следует за рассказом “ита Ћиви€. „есть вожд€ восстани€ против цар€ безусловно принадлежит Ѕруту. “олько его реакци€ на поступок —екста “арквиниђ может быть охарактеризована словом "взбесилс€" - на глазах людей он преображаетс€ из "“упицы", каким его все знали, в пламенного оратора. ¬алерий ѕублий не только не взбесилс€, но вместе с другими оцепенел "недоумева€, откуда это в Ѕрутовой груди незнаемый прежде дух"[6]. Ќет в рассказе “ита Ћиви€ и имени ѕубликола. ≈го нет по той простой причине, что ¬алерий ѕублий этого прозвища тогда еще не имел. ќн получил его позже, когда рассе€л подозрени€ в стремлении к единоличному правлению и своими законами увеличил власть народа."ќн даже стал угоден народу. ќтсюда, - читаем у “ита Ћиви€, - и пошло его название ѕубликола"[7]. ѕо разъ€снению комментаторов этого издани€ ѕубликола (или ѕопликола) - по народной этимологии происходит от латинского populum colere- "заботитьс€, печьс€ о народе"[8]. »м€ ѕопликола в значении "друг народа" дает ѕлутарх. ¬алерий ѕублий "под новым прозвищем был более известен, чем под своими прежними именами"[9].

»так, нет смысла искать замену ѕубликоле. ѕушкин почему-то разделил античного Ѕрута на две персоны, одной из которых приписал роль инициатора возмущени€, а другой - изгнание царей. Ўекспир здесь не причемО его им€ - лишь знак сюжета, за которым скрыты другие реалии, существенно более близкие современникам ѕушкина.

ќтвеча€ на вопрос о том, зачем ѕушкину понадобилась "слаба€ поэма", Ѕ.Ёйхенбаум концентрирует внимание на специфике исторических интересов ѕушкина этого периода - "ѕушкин изучает историю как человек, глубоко заинтересованный вопросом о судьбах русского самодержави€ и двор€нства, как друг декабристов, осведомленный об их намерени€х и планах <...> Cреди исторических зан€тий ѕушкина видное место занимала римска€ истори€, тогда очень попул€рна€. »мена римских императоров и героев были в ту пору обычными символами - и в поэзии, и в драме, и в ораторских речах"[10]. „его по тем или иным причинам не сказал Ѕ.Ёйхенбаум? “ого, что римска€ истори€ и ее герои-тираноборцы были модел€ми исторической ситуации и личного поведени€ дл€ будущих декабристов. ѕоэтому прежде всего значимым в "Ћукреции" €вл€етс€ то, что она поставлена на эпизоде из римской истории.

–ассказ “ита Ћиви€ о насилии над Ћукрецией сына цар€ “арквини€ √ордого заканчиваетс€ описанием восстани€, подн€того Ћуцием ёнием Ѕрутом, изгнанием цар€ вместе с сыном и установлением республиканского правлени€. Ќамерением декабристов также была смена силой оружи€ монархии на республику. ¬от на что намекал ѕушкин в "«аметке". ќтсюда и по€вилс€ ѕубликола - "друг народа", эвфемизм "республиканца".

ƒалее, в пушкинской заметке есть вычеркнутые слова после фразы "Ѕрут не изгнал бы царей". ¬ычеркнутое читаетс€ как "÷ари под кинжалом". ѕо комментарию Ѕ.Ёйхенбаума, "ѕушкин, очевидно, разумел расправу с цар€ми"[11]. ѕочему "с цар€ми", а не в единственном числе - с царем? »з “ита Ћиви€ это не €сно. ¬ св€зи с этим любопытно свидетельство ÷ицерона. ¬ рассуждени€х о том, что нравственно прекрасное дело, ведущее к пользе и благу, не может одновременно быть и позорным, ÷ицерон дает пример: " огда первые граждане (–има.-ј.Ѕ.) решили уничтожить родню √ордого, им€ “арквиниев и пам€ть о царской власти - а это было полезно - то позаботитьс€ об отечестве было делом столь прекрасным в нравственном отношении, что даже  оллатин должен был это одобрить"[12].  ак известно, в планы декабристов входило свершение такого же де€ни€ - истребление царской фамилии; и они считали подобное "нравственно прекрасным".  ак видим, "камешки" летели совсем не в шекспиров "огород".

≈сть и "шпильки".

ѕушкин прекрасно знал, что иде€ использовать сюжет "Ћукреции" дл€ "пародировани€ истории" принадлежит не ему. "ѕервопроходцами" были молодые €кобинцы", не согласные с исторической концепцией  арамзина— вычитанной ими из предислови€ к "»стории государства –оссийского". "Ќекоторые остр€ки за ужином переложили первые главы “ита Ћиви€ слогом  арамзина. –имл€не времен “арквини€, не понимающие спасительной пользы самодержави€ <...>,- конечно были очень смешны (VIII, 66; курсив пушкинский). ¬есьма возможно, что в ней фигурировали и ѕубликола, и Ѕрут, и проповедники "прелести кнута". Ёта пароди€, если и не навела ѕушкина на мысль о пародировании исторической ставки самих пародистов, то, несомненно, могла в ней укрепить.

ѕароди€, напомненна€ ѕушкиным, любопытна не только в смысле генезиса его размышлений над "Ѕорисом √одуновым" и "√рафом Ќулиным". ќна позвол€ет внести некоторые коррективы в понимание аналогии, подразумеваемой под "странным сближением". ѕри формальном умозаключении, через Ќулина отношени€ми подоби€ оказываютс€ св€занными “арквиний и декабристы. Ќо как быть в таком случае, если “арквиний не изгон€л царей (чего требует параллель ), а был причиной их изгнани€? «десь значимым становитс€ именно то, что "молодые €кобинцы" ориентировались на "римл€н эпохи “арквини€", на античного человека. „аадаев, по ѕушкину, "в –име был бы Ѕрут, в јфинах ѕериклес", между человеком –има и јфин нет разницы. — другой стороны, можно ли сказать, кто более представл€ет нравы –има, “арквиний или Ѕрут? ќба.

“аким образом, вторым планом к "√рафу Ќулину" €вл€етс€ не пьеса Ўекспира, а "римские котурны" русских заговорщиков. “огда и выводы Ѕ.Ёйхенбаума приобретают "досказанность". ѕриведем их: " огда ѕушкин писал эту повесть, он узнал о смерти јлександра I и о вступлении на престол  онстантина <...> ћало того: он знал, что смерть јлександра I может послужить сигналом к восстанию декабристов. ѕон€тно, что в этой обстановке вопрос о случайности в истории должен был тревожить его, а исторический сюжет, св€занный с падением царей в –име, должен был остановить на себе внимание"[13]

≈сли объект пародии не Ўекспир, то может быть и с пародированием истории тоже не все просто. „то, на первый взгл€д, утверждаетс€ в "«аметке"? „то "мир и истори€ мира" есть цепь случайностей, а причинами революций, выхода на историческую сцену крупных фигур, подобных  атону и  есарю, €вл€етс€ кака€-то комбинаци€ мелких событий и "соблазнительных происшествий"? ¬ таком виде пушкинский пассаж свидетельствовал был бы, что его автор следует просветительскому взгл€ду на историю, которому чуждо было понимание исторической причинности. “ипичным его выражением €вл€етс€ замечание ѕаскал€, что если бы нос  леопатры оказалс€ длиннее, то вс€ истори€ мира была бы иной. "»ными словами, оно, - резюмировал –.ƒж. оллингвуд, - типичный показатель банкротства исторического метода, который отча€вшись в возможности найти подлинное объ€снение, приписывает самым банальным причинам весьма далеко идущие следстви€"[14].  ажетс€, ѕушкин был того же мнени€. ќдна из зачеркнутых фраз в заметке о "√рафе Ќулине" восстановлена и звучит так: "я внутренне повторил пошлое замечание о мелких причинах великих последствий"[15] (курсив мой.- ј.Ѕ.). ѕушкин изучал “ацита и спорил с ним как раз ища и у€сн€€ себе логику истории, римской истории, в частности.

"«амысел "√рафа Ќулина" скрывает в себе исторические размышлени€ ѕушкина над ролью случайности в истории" - писал Ѕ.Ёйхенбаум. ƒействительно размышл€л, а обмолвка в тексте поэмы, что граф прихватил из ѕарижа в числе прочего "ужасную книжку √изота", дает возможность уточнить эту роль. "√изо объ€снил одно из событий христианской истории: европейское просвещение <...> Ќе говорите: иначе нельз€ было быть.  оли было бы это правда, то историк был бы астроном и событи€ жизни человечества были бы предсказаны в календар€х, как и солнечные затмени€. Ќо провидение не алгебра. ”м человеческий <...> видит общий ход вещей и может выводить из оного глубокие предположени€, часто оправданные временем, но невозможно ему предвидеть случа€ - мощного, мгновенного оруди€ провидени€ <...> никто не предсказал ни Ќаполеона, ни ѕолинь€ка (VII, 100; курсив ѕушкина.- ј.Ѕ.). Ёта выкладка полностью уничтожает всю цепь рассуждений о том, что "истори€ мира" зависит от какого-то "соблазнительного происшестви€". ќтверга€ крайности понимани€ истории как произвольного или, наоборот, "фатального" процесса, ѕушкин признает особую роль случа€, называ€ его "орудием провидени€". “огда пародирование истории означает пародирование случа€ как оруди€ провидени€.  ак это понимать?

»з параллели между современностью и римской историей, владевшей умами будущих м€тежников, возможно предположение, что они слишком полагались на модель, слишком верили в успех, не счита€сь с волей провидени€. Ёту версию придетс€ отклонить.

¬ замечани€х Ќикиты ћуравьева на пол€х "ѕисем русского путешественника", касающихс€ французской революции, примечательна пометка к фразе Ќ.ћ. арамзина: "ѕредадим, друзь€ мои, предадим себ€ во власть ѕровидени€". «десь "молодой €кобинец" пишет: "–еволюци€ была, без сомнени€, в его плане". ѕредполагаемый переворот в –оссии, по этой логике, тоже входил в планы ѕровидени€. "¬с€кие насильственные потр€сени€ гибельны, и каждый бунтовщик готовит себе эшафот" - убеждал авторитетный писатель. ѕометка Ќикиты ћуравьева - "„то ничего не доказывает"[16]. Ёшафот не исключалс€. ¬р€д ли ѕушкин не знал этих настроений. ѕолучаетс€, что заговорщики не давали никаких поводов дл€ пародировани€ своего вмешательства в ход российской истории. ѕушкин все же думал иначе. » здесь, как представл€етс€, самым существенным образом сказалось уроки, извлеченные из Ўекспира.

¬ работах о "√рафе Ќулине" шекспировское понимание истории предстает в каком-то странно упрощенном виде. ё.ƒ.Ћевин, например, увидел в "Ћукреции" наивную философию истории ("если бы можно было вернутьс€ и отвратить случай, зло сменилось бы добром"), которую ѕушкин будто бы пародировал[17]. ѕриспособление взгл€дов Ўекспира под задачи объ€снени€ "√рафа Ќулина" вр€д ли плодотворно. Ёволюци€ шекспировской исторической мысли достаточно хорошо исследована. ќдин из поворотов ее может помочь нам пон€ть ѕушкина. ќн состоит в интересе Ўекспира к внутреннему миру личности, побудительным мотивам ее действий, логике про€влени€ данного характера в поступках. ѕонимание "природы" человека дает определенные возможности предсказани€ исхода событий с его участием.

                   ≈сть в жизни всех людей пор€док некий,
                   „то прошлых дней природу раскрывает.
                   ѕон€в его, возможно предсказать
                   — известной точностью гр€дущий ход
                   —обытий, что еще не родились,
                   Ќо в недрах насто€щего та€тс€,
                    ак семена, зародыши вещей.
                   »х высидит и вырастит их врем€...

 омментиру€ это место в "√енрихе IV", ».ќ.Ўайтанов отмечал, что "дл€ эпохи Ўекспира значительнейшим открытием было уже то, что возможность предвидени€ св€зывалась не с угадыванием воли провидени€, а ђ логикой человеческих поступков[18].

ѕушкин знал о планах переворота, но не о дне выступлени€. ¬ ночь с 13 на 14 декабр€ 1825 года ѕушкин должен был попасть в ѕетербург пр€мо на квартиру –ылеева, в самый центр заговорщиков и 14 числа прин€л бы участие в восстании на —енатской площади. ќн не поехал (вернее, возвратилс€ с дороги, будто бы поверив дурным приметам). ¬место обсуждени€ с декабристами плана предсто€щих действий в эту ночь он писал поэму с фривольным сюжетом. "—транным" оказалось совпадение по времени работы над "Ќулиным" и событий в северной столице. Ќе странным было само "сближение", ибо вр€д ли ѕушкин мог тут же забыть, куда и почему не поехал. ќн был знаком со многими заговорщиками, знал "природу" участников заговора. ” него был материал, чтобы "по Ўекспиру" предсказать исход событи€. Ётому "искушению" он и "не мог противитьс€".

ƒава€ в заметке пр€мую подсказку на то, что в "√рафе Ќулине" пародируетс€ готовившийс€ заговор, ѕушкин ничего не говорит по сути, кроме того, что загадка "странного сближени€" имеет решение. ќбратимс€ к самой поэме.

 н€зю ¬€земскому русские дороги давали прекрасный повод дл€ размышлений над философией случа€:

               Ќад кем судьбина не шутила?
                  » кто проказ ее не раб?
                  —лепа€ приговор скрепила-
                  » с бала € попал в ухаб!

¬ €нваре 1825 г из ѕскова в ћихайловское к опальному поэту, лицейскому другу скачет ѕущин. "Ќедалеко уже от усадьбы, - вспоминал он, - сани наши в ухабе так наклонились набок, что €мщик слетел". ѕонеслись дальше, и "вдруг крутой поворот, и как будто неожиданно вломились с маху в притворенные ворота, при громе колокольчика"[19].

                ак сильно колокольчик дальний
                  ѕорой волнует сердце нам.
                  Ќе друг ли едет запоздалый,
                  “оварищ юности удалой.

ѕопадает в ухаб и граф Ќулин. »з ѕарижа он скачет в ѕетербург, но, как философски заключил кн€зь ¬€земский - "ухабист путь к столице счасть€".

               “еб€ до места, друг убогий,
                  ƒостоинство не довезет;
                  Ќаедет случай- и с дороги
                   ак раз в ухаб теб€ столкнет.

ќ сей игре судьбины размышл€л ѕушкин в 1825г. ¬о фразеологии молодого ѕушкина "дорога" часто выступает символом жизненной де€тельности. ” зрелого - "традиционные книжные образы перевод€тс€ на €зык национально-бытовогЛ обихода: —тупа€ в жизнь, мы быстро разошлись, // Ќо невзначай проселочной дорогой //ћы встретились..."[20]. ∆изнь государственна€ тоже имеет "ухабы". Ќеожиданна€ смерть јлександра I создает трудную ситуацию с наследованием престола - случай, дававший шанс м€тежникам привести свои планы в исполнение. Ќеожиданна€ поломка брички √рафа Ќулина (у √огол€ бричка, везуща€ „ичикова, превратитс€ в символ - –усь-тройку) вводит графа в ситуацию "нового “арквини€".

Ќо кто же этот "друг убогий", достоинствами которого так заинтересовалось провидение, что захотело посмотреть его в роли римского насильника?

ѕортрет Ќулина выполнен в той же манере, что портрет "философа в осьмнадцать лет" в первой главе "≈вгени€ ќнегина".

–еконструиру€ историю замысла "≈вгени€ ќнегина", ».ћ.ƒь€конов так описывает еще планировавшегос€ геро€: "“ип светского человека, ведущего обычную дл€ своей среды распущенную жизнь, поверхностно "просвещенного"ѓ умного и потому чуждого двор€нской и иной "толпе", однако и политические идеалы своих современников раздел€ющего лишь поверхностно и скептически". Ёти общие черты, вплоть до "ума" и "просвещенности" есть и в графе:

                                   ...так у нас умы
                      ”ж развиватьс€ начинают?
                      ƒай бог, что просветились мы!

—овпадают и некоторые "личные особенности", как-то: "положение неслужащего двор€нина, мимо которого (хот€ он ровесник ј.Ќ.–аевского и ѕети –остова) прошла война 1812 года; <...> начитанность на уровне современной политической и литературной мысли; <...> отсутствие интереса к другой литературе, кроме модных новинок конца 10-х годов (Ѕайрона,  онстана, ћетьюрина, пожалуй, —котта) <...> јвторска€ характеристика - "полурусский"[21]. √ерой принадлежит тому слою общества, где

                      ...говор€т не русским словом,
                      —в€тую ненавид€т –усь.

Ёта цитата из стиха  юхельбеккера раскавычена в поэме: √раф

                 —в€тую –усь бранит, дивитс€,
                     ак можно жить в ее снегах,
                    ∆алеет о ѕариже страх...

 омментаторами "ќнегина" вс€чески подчеркиваетс€ ущербность этого сло€. "»деологический облик геро€ весьма определен. ќн представл€етс€ нам как общественный тип, далекий от декабристских идеалов и от позициё самого автора. √ерой отделен от автора политическим водоразделом" - писал ё.ћ.Ћотман[22]. “е же суждени€ должны быть отнесены и к Ќулину. “огда мы сталкиваемс€ с довольно ехидным вопросом - если ѕушкин пародирует декабристов, то почему герой, носитель пародического эффекта, столь отличен по облику от "декабриста в повседневной жизни" (ё.ћ.Ћотман)? Ѕыло бы пон€тнее, если бы Ќулин был неким вариантом „ацкого, три года мотавшегос€ в чужих кра€х и подобного Ќулину по пылкости любовных чувств. ¬прочем, так ли велика, как кажетс€, дистанци€ между „ацким и Ќулиным? Ќе €вл€етс€ ли ощущение несопоставимости этих героев просто плодом нашего предубеждени€ (мол, длинен волос, да ум короток) к парижскому франту? ѕоставим вопрос иначе: почему ѕушкин так сосредоточен на внешности, "модности" этого персонажа? ѕотому ли, что не видит в нем ничего более существенного? »ли, наоборот, суть дела состоит именно в модности, но в ней ѕушкин и его современники видели нечто иное, чем мы.

ќтча€нным франтом был д€д€ ѕушкина, ¬асилий Ћьвович, с которого, не без помощи ».».ƒмитриева, срисованы самые броские черты графа Ќулина. ¬ шуточном стихотворении "ѕутешествие N.N. в ѕариж и Ћондон, писанноё за три дни до путешестви€" ».».ƒмитриев пересказал восторги ¬.Ћ.ѕушкина от во€жа в ѕариж:

                      ƒрузь€! сестрицы! € в ѕариже!
                      я начал жить, а не дышать!...
                      ¬се тропки знаю булевара,
                      ¬се магазины новых мод;
                      ¬ театре вс€кий день...
                      ¬ каких €влюсь вам сапогах!
                       акие фраки! панталоны!
                      ¬сему новейшие фасоны!
                       акой прекрасный выбор книг...

¬асилий Ћьвович был далек от политики, но сама его страсть к моде про€вилась однажды как политический жест. ѕри ѕавле I, как вспоминал ‘.‘.¬игель, "от ее (моды) поклонени€ близ четырех лет были мы удерживаемЉ полицейскими мерами". ѕо смерти императора "прихотливое божество вновь показалось в ѕетербурге, и он (¬.Ћ.ѕушкин) устремилс€ туда, дабы, прин€в ее новые законы, первому привезти их в ћоскву"[23]. Ёто было жестом освобождени€ от павловской нравственной тирании.

‘игура ¬.Ћ.ѕушкина дает возможность почувствовать генезис моды как общественного €влени€ в –оссии. ƒл€ молодых людей возраста „ацкого и Ќулина, конечно не он был ключевой фигурой. Ёту роль играл человекФ оставивший сильнейший след в русской культуре.

» „ацкий, и Ќулин похожи на ќнегина. ќнегин в романе сравниваетс€ с „аадаевым ("второй „адаев"), на которого, как молва донесла ѕушкину, писал свою комедию √рибоедов. „ацкий с „аадаевым св€зан "фамильным" родством. — тем и другим как-то не в€жетс€ роль "нового “арквини€". «аметим все же о „аадаеве, что "будучи молодым офицером, в походах и других местах, он имел слабость иногда хвалитьс€ интрижками и некоторого рода болезн€ми"[24]. »х, конечно, не было, но "слабость" „аадаева отчетливо показывает, какова была "обща€ норма". ¬ фамилии "Ќулин", как и "ќнегин", нет никакого корневого "ча", которое украсит фамилию геро€ "≈гипетских ночей" („арский), но все эти персонажи "по одежке" €вно €вл€ютс€ "крестными детьми" „аадаева.

¬ гвардейском корпусе „аадаева называли "le beau “chaadaef" (красавчик „аадаев). Ёто французска€ калька английского прозвища, данного современниками ƒжорджу Ѕрайану Ѕраммелю - "¬eau Brummell" или "Incomparable Beau". ¬от как описан его портрет Ѕулвер-Ћиттоном в романе "ѕелэм, или приключени€ джентельмена": "ѕредо мною сто€л современник и соперник Ќаполеона - самодержный властитель обширного мира мод и галстуков - великий гений, перед которым склон€лась аристократи€ и робели светские люди,<...> кто силою своего примера ввел накрахмаленные галстуки и приказывал обтирать отвороты своих ботфорт шампанским, чьи фраки и чьи друзь€ были одинаково из€щного покро€" [25]. «везда Ѕраммел€, взошедша€ в 1811-1812 годах, была в зените в 1814 году во врем€ визита јлександра I и его гвардии в Ћондон. — именем Ѕраммел€ св€зана кристаллизаци€ некоторых особенностей социального поведени€ в "высшем свете" Ћондона и ѕарижа в особый социальный и эстетический феномен - дендизм. Ѕыло в этом феномене нечто столь важное дл€ молодых русских офицеров, что он зан€л свое место в р€ду тех новых идей, с которыми русска€ арми€ вернулась в –оссию. —опоставим с портретом Ѕраммел€ свидетельства о „аадаеве. "ќдевалс€ он, можно положительно сказать, как никто <...> ќчень много € видел людей, одетых несравненно богаче, но никогда, ни после, ни прежде, не видал никого, кто был бы одет прекраснее и кто умел бы столько достоинством и грацией своей особы придавать значение всему платью" - писал дальний родственник и первый биограф „аадаева ћ.».∆ихарев. ќн же избавл€ет нас от необходимости доказывать, что „аадаев воспринималс€ обществом в "английском контексте", как русский вариант The Incomparable Beau - "я не знаю, как одевались мистер Ѕруммель и ему подобные, и потому удержусь от вс€кого сравнени€ с этими исполинами всемирного дандизма и франтовства, но заключу тем, что искусство одеватьс€ „аадаев возвел на степень исторического значени€"[26].

ћанера одеватьс€ была знаком денди. ¬ лучшем своем про€влении он был воплощением чести, благородства, изысканности. „аадаева, по впечатлению графа ѕоццо до Ѕорго, следовало бы заставить "бесперемешки разъезжать по многолюдным местност€м ≈вропы, чтобы непрестанно показывать европейцам русского, в совершенстве пор€дочного человека[27]. ќт дендизма же в целом неотделимы и менее привлекательные "достоинства".  аверин, например, был бретер и кутила, денди-повеса, ¬еликопольский и —осницкий - картежники. ќднако, частные различи€ отступают на второй план перед тем, что все они т€готели друг к другу и составл€ли особое сообщество. ƒенди задавали тон, были представител€ми, идеологами и законодател€ми "большого света".  онцентриру€ в себе особые черты (и хорошие и дурные) светского общества, денди был как бы его квинтэссенцией, "эмблемой".

ѕоэтому ѕушкин, надо полагать, осознавший к 1825 году свои политические разногласи€ с "большим светом", все же из этого светского общества берет геро€ дл€ размышлений над причудами случа€ в истории. "ћолодые €кобинцы", €вно причастные к феномену дендизма (см.наброски ѕушкина к роману "–усский ѕелам") разыграли пародию на  арамзина в лицах времен “арквини€. ѕушкин в обрисовке базовых черт геро€ тоже ориентировалс€, говор€ современным €зыком, на ментальность своего времени.

ѕочему дендизм так быстро и крепко укоренилс€ в русском "свете"? ѕотому, что он давал пусть небольшую, но €вственно ощущаемую независимость и достоинство личности.  ак ни парадоксально, но о том, как денди держал себ€ в обществе, можно сказать теми же словами, какими ё.ћ.Ћотман характеризует стиль поведени€ декабристов: "станов€сь заговорщиком и конспиратором, декабрист не начинал вести себ€ в салоне "как все". Ќикакие конспиративные цели не могли его заставить прин€ть поведение ћолчалина. ¬ыража€ оценку <...> презрительным словом или гримасой, он оставалс€ в бытовом поведении "карбонарием". ѕоскольку бытовое поведение не могло быть предметом дл€ пр€мых политических обвинений, его не пр€тали, а наоборот, подчеркивали, превраща€ в некоторый опознавательный знак"[28] (выделено мною.-ј.Ѕ.). «аслуживал бы специального исследовани€ вопрос о том, в какой степени дендизм повли€л на манеру общественного поведени€ декабристов. Ќе углубл€€сь в этот предмет, обратим внимание на комментарий ё.ћ.Ћотмана к строке о "модных чудаках" в "≈вгении ќнегине": "¬ конце 1810-начале 1820-х годов в поведении франта начала сказыватьс€ "английска€" ориентаци€, требовавша€ "странного" поведени€ (она совпала с бытовым клише романтизма - "странный человек" сделалс€ бытовой маской романтического геро€). “аким образом, "странным человеком", "чудаком" в глазах общества, на вершинах культуры оказывалс€ романтический бунтарь, а в прозаическом, бытовом варианте - петербургский денди"[29]. —транности романтика и денди переплелись в поведении такой €ркой в декабризме фигуры, как ј.».якубович.

 ажетс€ весьма правдоподобным, что дендизм был оценен по достоинству "генералами двенадцатого года" именно из-за его политического оттенка. ¬ конституционной јнглии он был выражен более резко. ƒл€ того, чтобы быть денди, не требовались ни знатность рода, ни богатство, ни высокое положение в обществе, следовало в первую очередь чувствовать себ€ членом аристократической партии (хот€ часто это было лишь претензией на аристократизм) и "поддерживать ее привилегии против монарха и против тех, кто не принадлежал к аристократии". Ёта отгороженность "сверху" и "снизу" придавала денди весьма специфическую политическую позицию. "¬разрез с его легкомыслием как "создани€ ћоды", денди в его [общественном] про€влении выгл€дел странным политическим зверем"[30]. јнглийский исследователь, скорее всего непреднамеренно, употребил именно то слово, которым ѕушкин характеризует графа Ќулина:

                  —еб€ казать, как чудный зверь
                  ¬ ѕетрополь едет он теперь...  

—лово ѕушкина многозначно. Ќередко оно предполагает прочтение в двух разных контекстах. “аков, частности, образ "чудного звер€". ¬ јнглии 40-х годов XIX века денди стали называть "тиграми", русский эквиваленЉ - "светский лев". Ётих вариантов в "—ловаре €зыка ѕушкина" нет. ”сложненный, несколько противоречащий общему легкому слогу образ несет не только "дендистскую" нагрузку. —лово "зверь" позволительно было использовать и как эвфемизм "знаменитого человека". ѕо выражению ¬€земского, Ќаполеон и ¬.—котт были "счастливыми хищниками общего внимани€"[31]. ƒобавим к этому, что эпитет "чудный" у ѕушкина - неизменный предикат к имени Ќаполеона ("чудесный жребий", "чудный удел", "сей чудный муж").

»м€ Ќаполеона просилось в поэму. ¬ черновом варианте оно проскальзывало при рассказе о французском воспитании Ќатальи ѕавловны "у эмигрантки ‘альбала" - "“а, что мадамою была // ѕри маленьком Ќаполеоне". ¬ окончательном варианте этой строки нет. ѕушкин сн€л ее, возможно, потому, что наполеоновские ассоциации должны ст€гиватьс€ не к женской, а к мужской фигуре. ћогла быть и друга€, более, на наш взгл€д, веска€ причина - "наполеоновское начало" входит в "комплекс денди".

ѕосмотрим под этим углом зрени€ на "случай" в Ќоворжевском уезде, упом€нутый в "«аметке о "√рафе Ќулине". ѕушкин был очень доволен, что "поповна" не уступила домогательствам ј.Ќ.¬ульфа. "ќн думал, что ему везде двери отворены, что нечего и предупреждать, а вышло не то... - несколько раз повтор€л јлександр —ергеевич"[32](курсив мой.- ј.Ѕ.). Ѕеспардонное поведение, убежденность денди в праве без стука входить в любую дверь, проистекало из того, что за "людей" принималось только сообщество денди, остальные были "нелюди", "двуногих тварей миллионы". ј.Ќ.¬ульф прекрасно понимал, что своим поступком он наносит оскорбление не только "поповне", но и своему родственнику, хоз€ину дома. Ёто его не остановило. — другой стороны к тому же убеждению во вседозволенности вел пример Ќаполеона. "Ќаполеон приучил людей к исполинским €влени€м, к решительным и всеразрешающим последстви€м" - писал ¬€земский в 1820 году[33]. ¬ "≈вгении ќнегине" дендистское и наполеоновское сплетено в одну "двойную спираль":

                  ћы все гл€дим в Ќаполеоны;
                     ƒвуногих тварей миллионы
                     ƒл€ нас орудие одно,
                     Ќам чувство дико и смешно.

ƒл€ поэмы, в которой на высоком (декабристы) и низком, пародийном уровне обыгрываетс€ метафизика "случа€", ассоциаци€ с Ќаполеоном не может быть обойдена. Ќеобыкновенна€ судьба корсиканского офицера тогдВ уже стала опорой в ставке на случай, олицетворением успешности риска ("мой “улон" у “олстого). ¬ отношении же непосредственно к фигуре Ќулина (и “арквини€) параллель с Ќаполеоном выводит за рамки обсуждени€ этическую сторону совершаемого ими поступка. («аметим, что и в реплике ѕушкина о новоржевском "случае" не затронута этическа€ сторона дела; в центре размышлений оказалс€ разрыв между тем, что думал молодой человек, и что из этого вышло). “акое ограничение вытекало из того, что наполеоновска€ тема у ѕушкина не исчерпывалось каким-либо одним решением антиномии "герой"-"злодей". Ќаполеон как психологический тип был ѕушкину достаточно чужд. » все же, как верно отметила ќ.—.ћуравьева, - "бонапартизм как тип мироощущени€ и поведени€, видимо, представл€лс€ ѕушкину существеннейшей проблемой в понимании современного человека и, может быть, человеческой природы вообще". –азные, казалось бы, взаимоисключающие характеристики Ќаполеона - "это собственно пушкинские образы, состо€щие из сложного сплава черт реального Ќаполеона и представлений ѕушкина о гени€х и геро€х"[34]. Ќаиболее значима€ дл€ анализа "повести" характеристика Ќаполеона - "муж судеб", подразумевающа€ силу характера, способность на неординарный поступок, расход€щийс€ с нормой, общеприн€той среди "двуногих тварей".

—трока о Ќаполеоне в "≈вгении ќнегине" обобщает горделивую самооценку человека этого времени:

ћы почитаем всех нул€ми,
ј единицами себ€.

ƒвоична€ система, численное выражение разницы между "мужами судеб" и прочими, есть в то же врем€ основа дл€ двусмысленности, игре оценок, заложенных в фамилию главного геро€. Ќе случайно ѕушкин колебалсЩ в названии произведени€. ѕервоначальный вариант - "Ќовый “арквиний" - не предсказывал вывода из того, как граф разыграл "свой “улон". ‘амили€ геро€ должна бы по€витьс€ в конце, как результат рассказа о событии. ѕо каким-то соображени€м ѕушкин все-таки вынес этот результат в название. Ќе зна€ их, нам нужно самим пон€ть, почему граф оказалс€ "Ќулиным"?

"√раф Ќулин" наделал мне больших хлопот" - записал ѕушкин в неоконченном "ќпровержении на критики". Ќе меньше хлопот он сам доставил критике, не знавшей с какого боку к этой вещице подступитьс€. "Ќашли его (с позволени€ сказать) похабным, - разумеетс€ в журналах, в свете его прин€ли благосклонно" - отмеченное ѕушкиным различие заслуживает специального внимани€. Ќо пока продолжим цитату: " стати о моей бедной сказке <...> - подн€ли противу мен€ всю классическую литературу! ¬ерю стыдливости моих критиков; верю, что "√раф Ќулин" точно кажетс€ им предосудительным. Ќо как же упоминать о древних, когда дело идет о благопристойности? » ужели творцы шутливых повестей јриост, Ѕокаччио, Ћафонтен,  асти, —пенсер, „аусер, ¬иланд, Ѕайрон известны им по одним лишь именам?" (VII, 129). »мена, вернее, литературные жанры, сто€щие за этими именами - вот барьер, разделивший "журналистов" и "свет" в отношении к пушкинской "бедной сказке".

¬ысший свет говорил и думал по-французски. Ёто был €зык просвещенной ≈вропы и в то же врем€ "социальный знак, свидетельство причастности к некоторой закрытой дл€ профанов корпорации" - великосветского общества. "ѕринадлежность к элите манифестировалось чуть ли не врожденным п р а в о м отличного владени€ этим €зыком. ћолчаливо предполагалось, что разночинец, какого бы положени€ в свете он ни добилс€, этим правом на отличный французский €зык не обладает"[35] (разр€дка ё.ћ.Ћотмана). „то скрывалось за этим "правом"?

ќдну из сторон по€сним примером.  атенин например увидел комическую сторону в одной из сцен "Ѕориса √одунова" (где, по ѕушкину, "бран€тс€ по-матерну на всех €зыках"), но отметил, что "вс€ соль ее существует только дл€ такого читател€, кто знает все три €зыка"[36]. Ќаши же переводы этой сцены, прилагаемы к тексту "Ѕориса √одунова", стерилизованы. ƒадим два примера того, что давало светским современникам ѕушкина повод дл€ смеха. —лова ћаржерета "on dirait que ca n'a pas des bras pour frapper, ca n'a que des jambes pour foutre le camp" перевод€тс€ как "можно подумать, что у них нет рук, чтобы дратьс€, а только ноги, чтобы удирать". ќднако "foutre" кроме пр€мого значени€ "удирать" означает еще и половой акт, а конец фразы в ее нецезурном подтексте значит "а только ноги, чтобы "съе...тьс€". ќборот "est un bougre qui a du poil au cul" в реплике того же персонажа перевдитс€ как "отча€нный храбрец". Ќа €зыке "телесного низа" он звучит много €рче - "чудовище с волосами на ж..."[37].

¬о французском €зыке подобного рода двусмысленности не случайность, а норма. «а это –уссо называл его похабным - на нем нельз€ перевести Ѕиблию. язык сохранил отпечаток того мироотношени€, которое после ћ.ћ.Ѕахтина называют "карнавальным". Ёто €зык фаблио, фацетий, новелл, €зык романа –абле[38].

ќтсюда следует второй аспект, сто€щий за "правом" - дл€ высшего двор€нского общества французска€ культура была своей, оно воспитывалось на богатой литературе и хорошо знало жанры, которых не было в русскоВ литературе. √овор€ "не было", ориентируемс€ на ѕушкина. ¬ наброске статьи о русской литературе, начатой в 1830 году, незадолго до заметки о "√рафе Ќулине", ѕушкин писал: "ѕриступа€ к изучению нашей словесности, мы хотели бы обратитьс€ назад и взгл€нуть с любопытством и благоговением на ее старинные пам€тники, сравнить их с этою бездной поэм, романсов, ироических и любовных, простодушных и сатирических, коими наводнены европейские литературы средних веков <...> Ќо, к сожалению, старинной словесности у нас не существует. «а нами темна€ степь - и на ней возвышаетс€ единственный пам€тник "ѕеснь о полку »гореве" (VII, 156). “о же говоритс€ в статье 1834 года ("ќ ничтожестве литературы русской"). "ѕустыни", как сейчас €сно, не было, но "смехова€ культура древней –уси" (ƒ.—.Ћихачев) практически не оказала вли€ни€ на формирование в русской литературе и воспри€ти€ читающей публикой малых жанров - рассказа и новеллы. ќни развивались на основе глубоко укоренившейс€ на русской почве традиции "житийной" литературы с ее наставительным характером, уважительным и ответственным отношением к слову. ѕо этой же причине проникавшие в –оссию произведени€ малых жанров квалифицировались как дурные, соблазнительные безделки, способствующие повреждению нравов. ¬ начале XIX века "становление русского рассказа шло, с одной стороны, через усвоение жанровых форм западной (более ранней и более развитой) новеллистической литературы, с другой - через преодоление ее нравственного индифферентизма, ее индивидуалистического духа, чуждого русскому общественному сознанию"[39] .

»так, осуждение "журналистами" "√рафа Ќулина" обусловлено незнакомством или отталкиванием от литературы возрожденческого средневековь€. ѕушкин же ориентируетс€ именно на новеллу, называет свою вещь "сказкой" или "повестью", следу€ известным наименовани€м еще не установившегос€ жанра. —огласно словарю, составленному Ќиколаем ќстолоповым, "сказка принадлежит к роду повествовательному <...> имеет предметом дела обыкновенные, весьма часто случающиес€, или могущие случатьс€, между людьми"[40]. ≈е нельз€ смешивать с романом или притчей, это не есть сказка в современном смысле. ќстолопов основывалс€ на материале стихотворной сказки (такова же и "сказка" ѕушкина), выдел€€ в нем образцы нравственные и философические, содержащие "верное изображение нравов людей, живущих в обществе". »менно эту сторону подчеркивает ѕушкин указанием, что дорожное приключение графа Ќулина подобно тому, которое случилось недавно в моем соседстве, в Ќоворжевском уезде. Ѕытова€ фактура сбила с толку Ѕелинского, увидевшего в пушкинской "сказке" изображение "самых характеристических черт русской жизни", вслед за которым "Ќулина" стали рассматривать как €вление пушкинского реализма. ƒаже Ѕ.Ёйхенбаум, подойд€ вплотную к определению пушкинской поэмы как "сюжетной пародийной новеллы с неожиданной концовкой", не решилс€ искать параллелей в р€ду имен, названных ѕушкиным. ¬месте с тем, им€ Ћукреции было весьма попул€рно в средние века - она была идеалом верной супруги. —ам Ўекспир заимствовал сюжет поэмы не у античных авторов, а из английской переделки средневекового сказани€, которое до обращени€ к нему Ўекспира послужило основой дл€ целого р€да поэтических обработок[41]. »звестен этот сюжет и французской средневековой новелле.

¬о французской новеллистике им€ ћаргариты Ќаваррской занимает такое же место, как „осер в јнглии или —ервантес в »спании. Xорошо известное на родине (о чем свидетельствует больша€ стать€ в "»сторическом и критическом словаре" ѕьера Ѕейл€), оно вр€д ли было знакомо русскому читателю. ѕервый крайне неточный и сокращенный перевод "√ептамерона" по€вилс€ в –оссии только в 1908 году, полный - в 1967г[42]. “рудно, однако, сомневатьс€, что ѕушкин читал новеллы ћаргариты Ќаваррской[43].

¬ "√ептамероне" есть две истории с упоминанием имени Ћукреции. ¬ одной из них (ƒень п€тый, новелла сорок втора€) рассказано о том, как молода€ девушка сумела усто€ть перед домогательствами влюбленного принца. ¬ заключении истории одна из слушательниц говорит: "ћне жаль только, что эта добродетельна€ девушка не жила во времена римских историков, ибо те из них, которые так расхваливали свою Ћукрецию, совсем позабыли бы о ней и стали бы описывать достоинства этой девушки"[44]. ѕодобной же сентенцией, но в пародийном варианте, заканчиваетс€ "√раф Ќулин", где героин€ тоже сумела отсто€ть свою честь:

                    “еперь мы можем справедливо
                        —казать, что в наши времена
                        —упругу верна€ жена,
                        ƒрузь€ мои, совсем не диво.

—итуационно гораздо ближе к пушкинской "сказке" новелла шестьдес€т втора€. ƒвор€нин, влюбленный в молоденькую жену соседа, долго и безуспешно добивалс€ ее взаимности. ќднажды утром, когда муж этой дамы отправилс€ в одно из своих владений, "этот юный безумец €вилс€ в дом к его жене. —ама она в это врем€ спала, служанки все разошлись. “огда, не подумав о том, чтобы прикрыть дверь, сосед ее кинулс€ к ней на кровать одетый, не сн€в даже сапог со шпорами. ѕроснувшись, дама эта страшно перепугалась. Ќо как она ни старалась его образумить, он ничего не стал слушать и овладел ею силой, пригрозив, что если она

хоть кому-нибудь об этом расскажет, он объ€вит во всеуслышание, что она сама за ним посылала. » страх ее был так велик, что она не посмела даже звать на помощь"[45]. ѕотом обнаруживаетс€, что дама, от имени которой ведетс€ пересказ, рассказывала о себе и тем обнаружила, что лишилась чести. ¬ обсуждении этого "случа€" один из собеседников сказал: "„ерт возьми, а какой же, собственно, она совершила грех? ќна уснула у себ€ в постели. ќн угрожал убить ее и опозорить. Ћукреци€, которой воздавали столько похвал, поступила ведь ничуть не лучше, чем она"[46].

ќ сходстве этой новеллы с пушкинской позвол€ет говорить несколько общих моментов - мотивировка отсутстви€ мужа, неожиданность вторжени€ "насильника", страх героини, "пострадавша€" сама рассказывает о происшествии§ сравнение ее с Ћукрецией. Ќесколько переиначена роль "соседа" - у ѕушкина он становитс€ помещиком Ћидиным, который смеетс€ громче всех, может быть потому, что он ..."√ептамерон" читал. ƒругими словами, ѕушкин выразил нужную ему мысль в форме средневековой новеллы. ѕародией на Ўекспира ее можно считать с тем же успехом, как и на новеллу ћаргариты Ќаваррской. ѕочему же тогда свою "шутливую повесть", написанную "самым трезвым и благопристойным образом", повествующую о современных нравах, ѕушкин в заметке о "√рафе Ќулине" назвал пародией? ¬ чем состоит комический эффект?

 ак первый шаг к ответу, заметим, что ѕушкин, в отличие от английского и французского образцов, переносит центр т€жести повествовани€ с героини на ее обидчика. ≈го именем и названо произведение. ¬ыдерживает ли он сравнение со знаменитым римл€нином или безвестным средневековым двор€нином? ѕо замаху - да (на рубль), а по удару (накопейку)? “е оба став€т осаждаемую крепость в безвыходное положение, действуют и красноречием, и силой. ј граф?

...наш герой
≈й сыплет чувства выписные
» дерзновенною рукой
 оснутьс€ хочет оде€ла.

¬от и весь натиск! ј, суд€ по смеху того же помещика Ћидина, крепость было не так уж невозможно вз€ть.  стати, "Ќаталь€", как зовут героиню, у ѕушкина характерное им€ горничных и субреток. Ётот "модныЁ тиран" Ќулин не сумел даже заинтересовать Ќаталью ѕавловну - отход€ ко сну, она и слушать не хочет рассказа горничной о графе. ѕушкин сохранил шекспировское уподобление главного геро€ коту - "–азинет когти хитрых лап // » вдруг бедн€жку цап-царап". ќказалось, наоборот Ќаталь€ ѕавловна играет с Ќулиным, как кот мышкой - даже после ночной пощечины она сумела вселить в графа новые надежды. —ловом, если победитель - "единица", то граф... вполне заслужил свою фамилию.

“еперь уже можно перейти к вопросу о том, почему ѕушкин решил в заметке о "√рафе Ќулине" указать (дополн€€ "ќпровержение на критики") на "пародирование Ўекспира".  омический эффект дает сопоставление жанров“ ѕо-видимому, ѕушкин тонко чувствовал ту специфику комизма средневековой пародии, котора€ современным исследователем вы€влена на анализе фаблио, пародии особого типа - она лишь пародийно снижает персонажей собственного жанра, снижает по отношению к нормам жанра изначального"[47]. ¬ поэме Ўекспира важно, что она "высока€" по пафосу и стилю, повествует о драматическом моменте римской истории. ¬ пушкинской "сказке" Ќулин - так сказать, "плохой “арквиний", пародийно сниженный "римл€нин".

ќт Ўекспира ничего не нужно, кроме того, что через его поэму пародируетс€ "изначальный" высокий жанр, а это уже имеет самое непосредственное отношение к литературной борьбе пушкинского времени и скрытыР за нею политических установок. ќна широко анализировалась в работах ё.“ын€нова, Ћ.√инзбург, ё.Ћотмана и др. ƒл€ наших целей достаточно самого общего положени€: высокие жанры - жанры "литературного дела декабристов", а герой этой литературы т€готеет к "римскому" характеру. »зображением нравов людей, живущих в обществе, новелла как бы повер€ет представление о человеке современности, задаваемое на серьезном концептуальном уровне. "ќбъектом пародии €вл€етс€ не жанр, - пишет в той же работе ј.ƒ.ћихайлов, - а сама действительность и ее кричащее несоответствие прин€тым в определенном жанре или литературном направлении представлени€м и нормам"[48].

¬ажно подчеркнуть, поскольку разговор о "странном сближении" затрагивает декабристов и цели их устремлений , что объектом средневековой пародии €вл€ютс€ не высокие идеи, а соответствие им человека данного времени, "их несовместимость с социальной и духовной сущностью персонажа"[49]. "ѕлохой рыцарь" не отмен€ет идеалы рыцарства, граф Ќулин - идеалов декабристов.

—пор с их иде€ми ѕушкин вел в "Ѕорисе √одунове". ¬ "√рафе Ќулине" не обсуждаетс€ хороша или плоха иде€ военного переворота, "насили€", т.е. воздействи€ на историю по "случаю" Ќаполеона. ќбсуждаетс€ разница между "гл€деть в Ќаполеоны" и быть им. "—транное сближение" свидетельствует, что ѕушкин не видел в светском человеке "римской" силы характера, чтобы сыграть роль "русского Ќаполеона".

Ѕитье, пинки, тумаки,- неотъемлемый элемент "народной смеховой культуры", один из приемов снижени€, развенчани€ "серьезного". “у же роль играет пощечина, полученна€ графом Ќулиным. ќн-то серьезно считаС себ€ тем, пред кем "все двери открыты", вот и ударилс€. ƒругими словами, разница между "выгл€деть" и "быть" коренитс€ в самом мироотношении светского общества. » если его квинтэссенцией €вл€етс€ фигура денди, то источник скепсиса ѕушкина по отношению к "новым “арквини€м" следует искать в самом феномене дендизма.

ѕозволим себе воспользоватьс€ приведенным —эмом ƒрайвером высказыванием известного в 40-х годах XIX века французского денди Barbey d`Aurevilly: "ƒендизм - это не только внешний вид, но стиль жизни, включающий массу тонкостей, свойственных обществу, где условности едва ли не столь же сильны, как и скука. ¬ этой борьбе условностей и скуки возникает потребность в чем-то неожиданном"[50]. «десь названы главна€ отправна€ точка и цель действий светского человека - от скуки, дл€ забавы. ћного раньше это пон€л ѕушкин, который был едва ли не первым, кто увидел "историческое значение" дендизма. ѕоэтому у него "скука" и "забава" €вл€ютс€ и оценочными, ироническими суждени€ми, и обозначением категорий быти€, свидетельствующих о времени и человеке.

 ака€ мысль, какой мотив дл€ начала ночных действий графа Ќулина?

...мыслит он:
"Ќеужто вправду € влюблен?
„то, если можно?.. вот забавно!"
“очно та же "мысль" пронеслась (но ушла в варианты) в мозгу ќнегина:
Ќеужто € в нее влюблен?
≈й богу, это было б славно,

“ождество графа с ќнегиным "≈вгени€ ќнегина" особенно знаменательно именно потому, что роман - развернута€, более "доказательна€", чем "сказка", форма повествовани€ о герое. ј "≈вгений ќнегин" был первыШ в европейской литературе романом о денди[51]. ѕо этой "энциклопедии русской жизни" видно, насколько действи€ в "мужском" мире определены дендистскими краеугольными камн€ми.

ѕоскольку "скука" зан€ла место основы, истинной, "сто€щей" причины действий, они по существу своему импульсивны. ¬се случаетс€ как-то "вдруг", в зависимости от того, что на данный момент кажетс€ "забавным"њ ќтсюда тот веер "масок" (ћельмота, космополита, патриота и др.), которыми может "щегольнуть" герой. ¬ дес€той главе романа он внезапно оказываетс€ в сообществе будущих декабристов. ћог и не оказатьс€, ибо

                                   ..не входила глубоко
                     ¬ сердца м€тежна€ наука,
                     ¬се это было только скука
                     Ѕезделье молодых умов,
                     «абавы взрослых шалунов...

¬ силу импульсивности этого мира судьба героев слагаетс€ из случайных элементов и как бы не принадлежит им, может быть любой. Ќабор возможных вариантов дан ѕушкиным в размышлени€х о Ћенском: на одной крайнеё точке- кончина "посреди детей, // ѕлаксивых баб и лекарей", на другой - "быть повешен, как –ылеев".

ћежду заговорщиками и денди ќнегиным нет "политического водораздела". Ќет его и в случае Ќулина. ќн столь же возможный кандидат в заговорщики, сколь и ќнегин, ибо сам дендизм содержит в себе политические потенции. Ќо "√раф Ќулин" - не роман, повествовательное врем€ сжато до "случа€", на котором испытываетс€ качество потенциальной политической энергии геро€. ¬ качестве такого "оселка" ѕушкиным вз€то "насилие над целомудрием" - один из древнейших сюжетов, принадлежащий к архетипу "утверждени€ власти". ¬ русском фольклоре к этой разновидности относ€тс€ сказки, типа "÷аревны Ќесме€ны"[52], в которых герой должен допрыгнуть до сид€щей в высоком тереме царской дочери. "ƒопрыгнуть" и значит "вз€ть силой", а способен на это только лучший, "чудесный" претендент, сила которого есть порука процветани€ царской семьи и самого царства.

Ѕросим последний взгл€д на "нового “арквини€". ” него в арсенале "забава" и "речи прописные". Ўекспировскому “арквинию не до забавы, он понимает весь ужас своего поступка, проходит через сильнейшие мучени€ совести, которые все же не могут сдержать страсти:

               Ќет, совесть верх над страстью не возьмет!..
                  —трасть- кормчий мой, краса- мой приз бесценный!
                  √реха бо€лс€ б тут лишь трус презренный!

—равнение Ќулина с “арквинием нагл€дно демонстрирует различие в основательности точек опоры героев при сходном по цели поступке. Ќо главное не в этом, а в энергии. ¬ "новом “арквинии" ее слишком мало, его не питает "земл€", нечто органичное, что сообщает желани€м и поступкам "чудесную" силу. ƒл€ того, чтобы "быть Ќаполеоном" в нем слишком мало жизненных соков.

«аметку же о "√рафе Ќулине" ѕушкин написал, когда уже знал о "робости" действий м€тежных товарищей, и об ответе, который был дан "с испугу" уже не Ќатальей ѕавловной, а Ќиколаем ѕавловичем. ѕушкин не ошибс€ в понимании "природы" человека наиболее, по тем временам, политически дееспособного сло€ общества. Ќо означало ли "странное сближение", что ѕушкин поставил крест на самой проблеме "случа€" и "русского Ќаполеона", способного стать орудием воли ѕровидени€? ќтнюдь нет.

ѕосмотрим сквозь призму "Ќулина" на долго занимавшую ѕушкина тему "пира  леопатры". Ќе €вл€етс€ ли она отражением надежд ѕушкина найти источник сильных, испепел€ющих страстей (см. "√ости съезжались на дачу") в том же самом обществе, над которым он так грустно пошутил в "сказке"? Ќе есть ли "ƒубровский" поиск условий, при которых фрондерство денди перестает быть "забавой"? » в том, и в другом случае решени€ не найдены, но через них ѕушкин пришел к "случа€м" в истории двух "мужей судеб" - ѕугачеву и ѕетру I.

ѕримечани€

[1] –усский литературный анекдот конца XVIII- начала XIX века. ћ. 1990. —. 38.

[2] ћ.Ѕахтин. ѕроблемы поэтики ƒостоевского. ћ.1972. —. 336.

[3] ƒ.ƒ.Ѕлагой. “ворческий путь ѕушкина (1813-1826). ћ.-Ћ. 1950. —. 494.

[4] ё.Ќ.“ын€нов. ѕоэтика. »стори€ литературы.  ино. ћ. 1977. —. 212.

[5] ё.ƒ.Ћевин. Ќекоторые вопросы шекспиризма ѕушкина. ѕушкин. »сследовани€ и материалы. “. VII. Ћ. 1974. —. 78.

[6] “ит Ћивий. »стори€ –има от основани€ города. ћ.1989. т.1. 62.

[7] “ам же. —. 70.

[8] “ам же. —. 520.

[9] ѕлутарх. »збранные жизнеописани€, в двух томах. ћ. 1987. “. 1. —. 199.

[10] Ѕ.Ёйхенбаум. ќ поэзии. Ћ.1969. —. 171-172.

[11] Ѕ.Ёйхенбаум. ќ поэзии. —. 173.

[12] ÷ицерон. ќ старости. ќ дружбе. ќб об€занност€х. ћ.1975. —. 134.

[13] Ѕ.Ёйхенбаум. ќ поэзии. —. 174.

[14] –.ƒж. оллингвуд. »де€ истории. јвтобиографи€. ћ. 1980. —.78.

[15] ё.ƒ.Ћевин. Ќекоторые вопросы шекспиризма ѕушкина: —. 78.

[16] Ќ.Ёйдельман. "ћгновенье славы настает". Ћ. 1989. —. 235.

[17]ё.ƒ.Ћевин. Ќекоторые вопросы шекспиризма ѕушкина:—. 78.

[18] ».ќ.Ўайтанов. Ёволюци€ исторических представлений в английской литературе от средневековь€ к ¬озрождению. ћетод и жанр в зарубежной литературе (—борник научных трудов). ћ. 1979. вып. 4. —. 17.Ч

[19] ј.—.ѕушкин в воспоминани€х современников, в двух томах. ћ. 1985. “.1. —. 99.

[20] ѕоэтическа€ фразеологи€ ѕушкина. ћ. 1969. —. 178.

[21] ».ћ.ƒь€конов. ќб истории замысла "≈вгени€ ќнегина". ѕушкин. »сследовани€ и материалы. “.X. Ћ. 1982. —. 81.

[22] ё.ћ.Ћотман. ¬ школе поэтического слова. ѕушкин. Ћермонтов. √оголь. ( нига дл€ учител€).ћ. 1988. —. 42.

[23] –усские мемуары. »збранные страницы. 1800-1825 гг. ћ. 1989. —. 449.

[24] –усское общество 30-х годов XIX в. Ћюди и идеи. ћемуары современников. ћ. 1989. —. 58.

[25][25] –усское общество 30-х годов XIX в:—. 363.

[26] “ам же. —. 56-57.

[27] “ам же. —. 57.

[28] ё.ћ.Ћотман. »збранные статьи, в трех томах. “аллин. 1992. “.1. —.280, 282.

[29] ё.ћ.Ћотман. –оман ј.—.ѕушкина "≈вгений ќнегин".  омментарий. Ћ. 1980. —. 161.

[30] Sam Driver. Pushkin and Social Ideas. New York. 1989. P. 96.

[31] ѕ.ј.¬€земский. Ёстетика и литературна€ критика. ћ. 1984. —. 96.

[32] ј.—.ѕушкин в воспоминани€х современников, в двух томах. ћ. 1985. “.1. —. 95.

[33] ё.ћ.Ћотман. –оман ј.—.ѕушкина "≈вгений ќнегин".  омментарий. —. 193.

[34] ќ.—.ћуравьева. ѕушкин и Ќаполеон. (ѕушкинский вариант "наполеоновской легенды")/ ѕушкин. »сследовани€ и материалы. “ XIV. Ћ.. 1991. —. 32.

[35] ё.ћ.Ћотман. –усска€ литература на французском €зыке./ё.ћ.Ћотман. »збранные статьи. “. II. —.352.

[36] ¬оспоминани€ ѕ.ј. атенина о ѕушкине. Ћитературное наследство.16-18 . ћ. 1934. —. 654.

[37] ѕереводом об€зан ¬.ј.–одионову.

[38] 28. ¬ окончательном тексте "√рафа Ќулина" оказалс€ опущенным фрагмент, описывыбщий томление влюбленного графа, где, в частности, говорилось:

                    ќн весь кипит как самовар
                    ѕока не отвернула крана
                    Xоз€йка нежною рукой-
                    »ль как отверстие волкана...

 омментиру€ отрывок, Ћ.—.—ид€ков заметил, что сближение самовара с "волканом" создавало "комический эффект благодар€ соединению традиционно "высокого" с "низким" и обнажало пародийную основу "√рафа ЌулинаО (Ћ.—.—ид€ков. "≈вгенний ќнегин", "÷ыганы" и "√раф Ќулин".   эволюции пушкинского стихотворного повествовани€/ ѕушкин. »сследовани€ и материалы. “. VIII. Ћ. 1978. —. 15). ƒобавим к этому, что "самовар" вместе с "хоз€йкой" и "краном" дают типичнейший пример раблезианской непристойности. ¬ том же смысле раблезианским €вл€етс€ и сочетающий впуклость и выпуклость образ "отверсти€ волкана". „ерез них в стихию карнавального смеха вт€гиваетс€ "высока€" символика "волкана" как одного из декабристских слов-сигналов (ср. "¬олкан Ќеапол€ пылал"). Ёто образ был попул€рен в кругу южных декабристов (см. ё.ћ.Ћотман. ¬ школе поэтического слова: —.127).

[39] Ё.ј.Ўубин. —овременный русский рассказ (¬опросы поэтики жанра). Ћ. 1974. —. 27.

[40] “ам же. —. 26.

[41] —м. предисловие к переводу "Ћукреции" Ќ.Xолодковским в кн.: Ќ.¬.√ербель. ѕолное собрание сочинений ¬иллиама Ўекспира (в переводе русских писателей). “ом третий. —.-ѕ..1899 —. 636.

[42] ћаргарита Ќаваррска€. √ептамерон. Ћ. Ќаука. 1967.

[43] ¬ каталоге библиотеки ѕушкина под n.1132 числитс€: Marguerite de Valois. Contes et nouvelles de Marguerite de Valois, Reine de Navarre. Mis en beau langage, accommode au gout de ce temps. A La HayeО V.DCC.LXXV. Cм.: Ѕ.Ћ.ћодзалевский. Ѕиблиотека ј.—.ѕушкина (Ѕиблиографическое описание). —.-ѕ.1910. —. 281.

[44] ћаргарита Ќаваррска€. √ептамерон. —.256.

[45] “ам же. —. 330.

[46]ћаргарита Ќаваррска€. √ептамерон. —. 331.

[47] ј.ƒ.ћихайлов. —тарофранцузска€ городска€ повесть (фаблио) и вопросы специфики средневековой пародии и сатиры. ћ.1986. —. 305.

[48] ј.ƒ.ћихайлов. —тарофранцузска€ городска€ повесть (фаблио) и вопросы специфики средневековой пародии и сатиры. ћ.1986. —.304.

[49] “ам же. —.300.

[50] Sam Driver. Pushkin and Social Ideas. New York. 1989. P. 87.

[51] Sam Driver. Pushkin and Social Ideas. New York. 1989. P. 80.

[52] ¬.я.ѕропп. »сторические корни волшебной сказки. Ћ. 1986. —. 298.