Хотите купить диплом через интернет? Переходите по адресу i-diploma.com 
Скачать текст произведения

Бонди С.М. - Рождение реализма в творчестве Пушкина.


РОЖДЕНИЕ РЕАЛИЗМА В ТВОРЧЕСТВЕ
ПУШКИНА

ГЛАВА I

1

Под словомј«реализм» в этой работе подразумевается то направление, которое сделалось господствующим в русской литературе второй половины XIX века. Зрелый Пушкин, Гоголь, Тургенев, Гончаров, Некрасов, Островский, Достоевский, Толстой, Чехов — при всем различии их взглядов, их таланта, литературных интересов, художественной манеры — справедливо объединяются в нашем сознании как представители одного направления — реализма. Именно то, что характеризует наиболее существенные стороны творчества этих (и близких к ним) писателей, мы и называем реализмом.

Точное научное определение этого историко-литературного понятия и серьезное аргументирование правильности данного определения потребовали бы много места и несколько увели бы нас в сторону от непосредственноњ темы настоящей работы, касающейся эволюции творчества Пушкина.

Ограничусь только самыми краткими разъяснениями, так как думаю, что в дальнейшем изложении, при анализе конкретных примеров пушкинской поэзии значение слова’«реализм» (как оно употребляется в этой работе) становится вполне ясным.

Не всякое верное изображение действительности, встречаемое в произведении, следует называть «реализмом», если употреблять этот термин как историко-литературный, как обозначение особого типа литературы, возникшего в определенную историческую эпоху. Верное изображение действительности: природы, людских характеров, событий — встречается то и дело в литературе все” времен и всех направлений, от первобытной поэзии до литературы сегодняшнего дня. Слово «реализм» как историко-литературный термин имеет смысл применять только к таким произведениям, к таким направлениям и авторам, для которых верное изображение действительности является основной задачей литературы, подчиняющей себе все прочие (красоту, эмоциональность, поучительность и др.). Такой характер как раз и носит творчество перечисленных выше русских писателей — от Пушкина до Чехова, создавши„ русскую реалистическую литературу — явление мирового масштаба, воплощение задачи верного художественного изображения объективной действительности. Проспер Мериме в своих известных словах о русской литературе XIX века, переданных Тургеневы• в его речи на открытии памятника Пушкину в Москве, говорит именно об этом: о русском реализме как бескомпромиссном осуществлении основной задачи — правдивого изображения жизни, в отличие от отдельных верных картин действительности, постоянно встречающихся в других литературах на равных правах с нарушающими жизненную правду выдумками писателя.

«Ваша поэзия, — говорил Мериме Тургеневу, — ищет прежде всего правды, а красота потом является сама собою; наши поэты, напротив, идут совсем противоположной дорогой: они хлопочут прежде всего об эффекте, остроумии, блеске, и если ко всему этому им предстанет возможность не оскорблять правдоподобия, так они и это, пожалуй, возьмут в придачу»1.

2

Реализму как литературному направлению предшествовали в русской литературе классическое и затем романтическое направление. Каждое из них, выражая мироощущение и потребности определенной общественной группы в определенный исторический момент, решало в литературе свои задачи.

Основной задачей литературы классицизма (в его чистом виде) — говоря самым обобщенным образом — было воспитание в представителях господствовавшего дворянского класса чувства государственности, гражданского долга. Для этой цели классическая литература создавала высокие образцы для подражания, воспевала героические подвиги, изображала трагические конфликты личного чувства с государственным долгом и победу последнего. В то же время в произведениях сатирических и комических жанров с такими же дидактическими целями изображалась реальная, обычная,«низкая» действительность, рисовались образцы обычных людей, подвергавшиеся осмеянию, поскольку они не соответствовали высокому гражданскому идеалу.

Основным содержанием литературы романтизма 1810—1820 годов, представлявшей чувства и идеи наиболее культурной части дворянской молодежи, было (независимо от тех или иных его разновидностей) выражение непримиримого конфликта между действительностью и интересами личности, заявление неограниченного права личности на свободную самодеятельность и в то же время сознание трагической невозможности осуществления этой свободы. Реакционные романтики, ища выхода и примирения этого конфликта, вовсе отворачивались от реальной действительности и либо заменяли изображение жизни поэтической мечтой, фантазией, легко и просто «снимающей» все противоречия реальной жизни, либо проповедовали веру в «потустороннюю жизнь», являющуюся, по их убеждению, «подлинной реальностью», в которой нет конфликтов, царит абсолютная свобода, истина, добро и красота... Революционные романтики, не ища утешения в религиозных или поэтических фантазиях, наоборот, подчеркивали трагичность, непримиримость между высокими требованиями к жизни и самой жизнью, между благородной мечтой и низкой действительностью. Одних это воодушевляло на борьбу со всяческим угнетением — политическим, социальным, духовным; другие — замыкались в гордом и презрительном бездействии. Верное изображение картин действительности мы встречаем как в романтизме, так и в классицизме. Но и тут и там эти картины заведомо неполные и необъективные: специально отбирались или образы «возвышенных героев», экзотической природы, или же горько, злобно-иронически, сатирически воспроизводилась обычная «низкая» действительность, с нарочитым подчеркиванием ее пошлых, обывательских сторон.

Смена романтического направления реалистическим (то есть сознательным стремлением сделать литературу органом познания, верного отражения действительности) в русской литературе произошла в творчестве Пушкина в середине 1820-х годов.

Этот переход на новую ступень был у Пушкина вовсе не спокойным и постепенным, а сопровождался не длительным, но в высшей степени тяжелым и мучительным кризисом. В этот период (1823—1824) мы обнаруживаем в стихах Пушкина мотивы, чуждые дотоле его поэзии и после не повторявшиеся в ней, настроения и идеи, резко противоречащие общему характеру пушкинского творчества: глубокий пессимизм, разочарование в идеале свободы, просвещения, разочарование в поэзии, любви, дружбе, едко-саркастическое, «циническое», по выражению самого Пушкина, отношение ко всему существующему. Эти же, необычные для Пушкина, настроения звучат и в его письмах того периода.

Если бы перед нами были отдельные, время от времени прорывающиеся горькие сетования на общем фоне светлой, жизнеутверждающей стихии его поэзии (как это бывало у Пушкина позже), то мы могли бы говорить о случайном характере этих настроений, о частных, биографических причинах их. Но здесь не то. Стихи 1823—1824 годов представляют собой целую полосу мрачных, скептических, глубоко разочарованных высказываний. Мы не имеем права пройти мимо данного периода пушкинского творчества, мы должны изучить его. Это тем более важно и интересно, что у нас есть возможность проследить, как Пушкин преодолел свой тяжелый кризис и как он пробился из мировоззренческого тупика на широкую дорогу реализма, окрашенного оптимизмом и носящего явно выраженный народный, демократический характер.

О кризисе романтизма у Пушкина и о его стихах 1823—1824 годов, отражающих этот кризис, впервые, кажется, писала И. Н. Медведева в своей очень интересной работе «Пушкинская элегия 1820-х годов и «Демон».2 О том же писал позже Б. В. Томашевский в своей книге «Пушкин. Книга первая (1813—1824)», вышедшей в свет в 1956 году, а затем и другие исследователи.

Однако кризис романтического мировоззрения Пушкина был гораздо серьезнее и глубже, чем принято думать; он отразился в большом количестве произведений и сыграл в высшей степени важную роль в эволюции творчества Пушкина.

Этой теме и посвящена настоящая работа.