Скачать текст произведения

Веревкин Г. - Пушкин и Соликамск


А. С. Пушкин и Соликамск

Автор: Геннадий Веревкин

http://northural.ru/article/pushkin_solikamsk/

В драмеЋ"Борис Годунов" царевич Федор чертит географическую карту и объясняет отцу: "чертеж земли московской; наше царство, из края в край… вот пермские дремучие леса". Почему Пушкин выделил это место, где расположен и Соликамск? Может случайно? Но случайного у Пушкина нет ничего. Соликамск был ему хорошо известен, о нем он и писал, и собирался писать.

А. С. Пушкин всегда хотел издавать свой собственный журнал, прошел через многие препоны, и только в 1836 году вышел первый номер знаменитого и славного потом журнала "Соверменник". Полное его название: "Современник, литературный журнал, издаваемый Александром Пушкиным".

Но Александр Сергеевич при жизни успел выпустить только четыре номера. Сохранились материалы к следующим выпускам, в том числе большая статья Пушкина "О Татищеве". В Академическом собрании сочинений она занимает пять страниц и излагает полную биографию начальника горных заводов Василия Никитича Татищева. Пушкин говорит, что Татищев неоднократно посещал все без исключения казенные и частные заводы Урала, разумеется и Соилкамск тоже. О Соликамске Пушкин пишет прямо в следующей фразе: "Татищев обратил особенное внимание на учреждение горных училищ в Кунгуре, Соликамске и по заводам. Он подарил библиотеку сим заведениям, более 1009 книг составляющую". Школы просуществовали недолго. Родители не отдавали детей учиться. Некоторых родителей вразумляли плетьми и кнутом, но через три года в Соликамске школу закрыли из-за отсутствия желающих учиться. Но книги где-то хранятся в запасниках, частично наверняка уцелели, их узнают легко. Татищев на первом листе каждой книги ставил вензель из двух букв "В. Т.", а на последнем листе записи русские или немецкие, писанные одинаковым почерком, размашистым и красивым: в каком году и где куплена и тут же цена.

Последние годы жизни А. С. Пушкин работал наЄ"Историей Петра Первого". Он работал в архивах, в библиотеках, делал выписки, составил полный план книги. За три недели до дуэли говорил: "Напишу историю Петра в год или в течении полугода и стану исправлять по документам". Поэт погиб, и замысел не осуществился. Рукопись после 1837 года хранилась в семье и хранилась небрежно. Потомки поэта в 1917 году обнаружили, что прислуга в селе Лопасня использует рукописи на завертку, растопку и прочие хозяйственные нужды. Узнали у слуг, что берут они их из сундука на чердаке. Листы, изъеденные мышами, находились в страшном беспорядке. Их собрали, передали в Пушкинский дом, где архивисты привели их в порядок и пришли к печальному выводу. То ли одна четвертая часть, то ли одна треть утрачены безвозвратно. Еще двадцать лет оставшиеся рукописи ученые обрабатывали, и только в 1938 году, через сто один год после написания, напечатали в Академическом собрании сочинений А. С. Пушкина. Однако тираж его был настолько мизерным, что для широкого читателя оно осталось недоступным.

Лишь в 1949 году пушкинист Илья Фейнберг обнаружил среди выписок и набросков целые куски прекрасной пушкинской прозы, почти целые главы и страницы, о чем и сообщил читателям. Это была настоящая сенсация” "Нам стало доступно недоступное и неизвестное раньше — высокая историческая проза великого поэта", — писал поэт в. Субботин. Тогда и стали включать "Историю Петра Первого" во все собрания сочинений А. С. Пушкина. Но столетняя потеря рукописи, исключение ее из научного и читательского оборота сказались на судьбе произведения; утратились интерес и понимание того, чем должна она была стать по замыслу Пушкина. "Историю Петра Первого" мало читают, мало изучают, почти не используют и не цитируют. Пушкин перечисляет в рукописи важнейшие указы Петра и отдельные события его эпохи с целью использовать их в окончательном тексте своей книги. На страницах рукописи проступают целые куски прозы, которые вошли бы в окончательную редакцию без измененийли. Но многие записи Пушкин делал только для себя. И как пишет И. Фейнберг: "тем интереснее в ряде случаев эти записи домыслить, представить, в каком направлении пошёл бы замысел писателя".

На первый взгляд, кощунственными кажутся попытки домысливать за Александра Сергеевича Пушкина его краткую запись о Соликамске. Но раз великий пушкинист И. Фейнберг, автор монографий "Читая тетради Пушкина" и "Незавершённые работы Пушкина", говорит, что это допустимо и интересно, попробуем и осмелимся. Да сам Пушкин говорил, что следить за мыслями великого человека самое увлекательное занятие.

Итак: А. С. Пушкин,µ«История Петра Первого», раздел «1700 год». Здесь перечисляются указы 1700 года. Выписка: "О бытии усольцам посадск. людям в службе и в окладе." Слово "усольцам" выделено курсивом. Во времена Петра усольские посадские люди — это жители Соликамска. Ни сам И. Фейнберг, ни любой другой пушкинист во всех послевоенных изданиях собраний сочинений Пушкина эту запись никогда не комментировали.

Трудно сказать, сколько места уделил бы Александр Сергеевич, развивая эти две тезисные строчки. Полстраницы, страницу, две? Гениальный лаконизм Пушкина не раз озадачивал знатоков его творчества. ПушкиЭ наверное бы рассказал об истории Соликамска, о его промыслах. Интересно, а что бы он рассказал об окладах, вызывавших многочисленные споры, жалобы и сутяжничества?

Пушкин не думал ограничиться только одним эпизодом из истории Соликамска: ещё одна выписка 1696 года: "Указано путь в Сибирь и из Сибири через Верьхотурье*, а тут учреждена крепкая таможня." Пушкин выделил слово "Верьхотурье" курсивом, обратил на него особое внимание. Видимо, он собирался писать о Бабиновской дороге и, если назвал конечный пункт, то в подробном рассказе не мог бы не сказать и о начальном пункте — о Соликамске.

* Примечание редактора: Слово «Верьхотурье» Пушкин пишет с двумя мягкими знаками. Таким было словоупотребление того времени, вспомним, например, оду Ломоносова 1747 года:

И се Минерва ударяет.
В верьхи Рифейски копиём…

Включил бы Пушкин все эти моменты вќ"Историю Петра Первого" или пошёл бы другим путём, как в случае с Татищевым, написав отдельный очерк? Сказать трудно. У Пушкина были и более далёкие планы.

Поэт говорил Владимиру Далю, что после окончанияЭ"Истории Петра Первого" примется за художественное произведение об этой же эпохе. И некоторые мысли и заметки перейдут туда. И там бы, вероятно, нашлось место Соликамску.

С Соликамском связан ещё один момент в создании "Истории Петра Первого". Как известно, через Соликамск в мае 1692 года в Китай проехало русское посольство Избранта Идеса и Адама Брандта. Своё путешествие они описали подробно в книге, изданной почти сразу после возвращения на французском, немецком, английском, голландском языках. Несколько страниц посвящено Соликамску. Лицейский товарищ Пушкина М. Корф, узнав, что Пушкин работает над историей Петра, послал ему список литературы об этом времени, в том числе и путевой дневник Идеса и Брандта. Пушкин ответил Корфу, что некоторые книги ему неизвестны, но Идеса и Брандта он читал. Пушкин начинал свой труд над "Историей Петра" с изучения литературы, которой пользовался и Вольтер во время работы над "Историей Петра Великого". После смерти Вольтера библиотека его была куплена Екатериной Второй и привезена в Петербург. Пушкин сначала выписал у Вольтера сведения о книге Идеса, а потом прочитал её и сделал отметку; "1692 г. Избрант Идес отправлен послом в Китай". К сожалению, выписки и конспекты поэта из этой книги не сохранились. Но остались воспоминания хорошей знакомой Пушкина А. Смирновой-Россет, круг чтения которой был сформирован поэтом. Она сообщала, что читает путевой дневник Идеса. Ведь рекомендуют читать обычно то, что прочитали сами.

Откуда ещё Пушкин черпал сведения о Соликамске и Пермском крае? Верхнекамские краеведы, познакомившиеся с подробными описаниями домашней библиотеки Пушкина, полагают, что у поэта-историка под рукой были практически все книги, в которых к тому времени говорилось о Соликамске. Пушкин имел все три тома "Дневных записок" И. И. Лепёхина, побывавшего в Соликамске и подробно охарактеризовавшего старинный Соликамский ботанический сад Григория Демидова. Во втором томе сохранились закладки Пушкина. О Лепехине он писал в статье "Российская Академия". Имелись книги П. С. Палласа, П. И. Рычкова и многих других отечественных и иностранных авторов.

Остановимся на "Истории Сибири" Г. Миллера. Старый этот труд середины восемнадцатого века сохранил пометку Пушкина: "год издания выеден мышами". С книгой Миллера Пушкин был особенно хорошо знаком, он ссылается на неё и автора восемь раз в разных работах. Миллер объехал всю Сибирь, останавливался и работал в Соликамске — в своей книге десять раз пишет о нём, а в приложении опубликовал множество грамот и указов, в том числе все те, которые касались основания Бабиновской дороги. Как говорилось выше, о дороге Пушкин собирался писать в "Истории Петра Первого".

Особенно хочется остановиться на редкой книге, изданной на французском языке, о путешествии Жана Шапп де Отроша в Сибирь. Этот астроном проезжал через Соликамск в 1761 году и отвёл ему определённое место в своём труде. Книга вызвала гнев Екатерины II и была полузапрещена. На русский язык она никогда не переводилась за исключением нескольких незначительных абзацев. У Пушкина были оба огромных тома в старинных переплётах из цельной кожи. В ней сохранилось восемь закладок Пушкина, одна из них на странице о Соликамске. Когда Пушкин начал издавать "Современник", составил план статей для него. Собирался он написать и о Шаппе. Сохранился лишь набросок, сделанный рукой Александра Сергеевича: "В числе иностранцев, посетивших Россию в прошедшем столетии, Шапп д Отрош заслуживает особенное внимание. Он был послан фр. Академией наук для наблюдения в Тобольске перехода Венеры по солнцу, долженствовавшего совершиться 176 года. Аббат выехал из П. марта и прибыл в Тобольск, где и оставался до. В аббат напечатал своё путешествие — которое смелостию и легкомыслием сильно оскорбило Екатерину и велела Миллеру и Болтину отвечать аббату."

Жаль, что Пушкин не успел написать эту статью. Соликамску он наверняка уделил бы место.

Соликамск Пушкин знал не только из книг. Что-то, видимо, дошло и из семейных преданий. С Соликамском была связана жизнь его предков. В XVII веке при первых Романовых Пушкины входили в разряд высшей знати, были боярами, послами к иностранным дворам, военноначальниками, ведали Приказами (теперь это были бы министерства), служили воеводами в европейской России и Сибири. В XVII веке в Сибирь и обратно надобно было ехать через Соликамск. В сибирских городах — Мангазее, Тобольске, Тюмени и других — воеводами служили семнадцать предков Пушкина.

Расскажем лишь о некоторых из них. Иван Никитич был воеводой в Верхотурье, потом в Мангазее, в Кае (пункт по дороге из Соликамска в Москву), затем в Пелыме. То есть через Соликамск он проезжал множество раз. Василий Никитич, первый воевода и основатель Якутска, прославился тем, что от Москвы до Лены ехал три года. Останавливался в каждом удобном населённом пункте на несколько месяцев, такой привал был у него и в Соликамске. Трое Пушкиных были воеводами в Верхотурье, и, наверное, навещали по делам соседних Соликамских воевод, среди которых были их родственники, друзья, сослуживцы. Но всё это материал для большого и отдельного исследования. Посещал Соликамск и пушкинский предок по женской линии Абрам Ганнибал. При Петре Первом Пушкины были участниками стрелецких заговоров. Последовали казни, ссылки в Сибирь, опять же через Соликамск… И как пишет историк С. Веселовский: "В третьей четверти XVII века Пушкины достигли зенита своей славы и могущества. В последней четверти века начинается упадок, завершающийся в последних годах катастрофой, которая навсегда вывела Пушкиных из среды правящей знати." Как писал сам Александр Сергеевич: "И присмирел наш род суровый." Но поскольку с Соликамском был связан период успехов предков, Пушкина, несомненно, очень интересовал Соликамск.

Интересные сведения о Соликамске Пушкин мог получать и от своих современников. Его лицейский друг Антон Дельвиг после окончания лицея два года служил в департаменте горных и соляных дел, имел связи с Соликамском, ездил туда в командировки. Биографы Дельвига, рассказывая о его поэтической и издательской деятельности, почему-то совершенно не говорят о деятельности служебной. А в эти годы Дельвиг часто встречался с Пушкиным и наверняка что-то мог рассказать о своей работе по соляным делам.

Из книги "Экология. Родители. Дети"

Березники, 2000