Что человек ищет, если пишет "купить диплом реальный"? Ответ на i-diploma.com 

Жертва Мому или лицейская антология 1814


Рукою Пушкина. Несобранные и неопубликованные тексты. — 1935.
Выписки из книг, журналов и газет, копии произведений, цитаты.


1.

ЖЕРТВА МОМУ
ИЛИ
ЛИЦЕЙСКАЯ АНТОЛОГИЯ

1814.

ЖЕРТВА МОМУ.

Нещастие Клита.

————————

Внукъ Тредьяковскаго Клитъ Гекзаметромъ песенки пишетъ,
Противу ямба, хорея злобой ужасною дышетъ;
Мера простая сия все портитъ по мнению Клита,

Смыслъ затмеваетъ стиховъ и жаръ охлаждаетъ пиита
Спорить о томъ я не смею, пусть онъ безвинныхъ поноситъ
Ямбъ охладилъ рифмача, Гекзаметры-жъ онъ заморозитъ.

Надпись.
На конную статую пушкаря В. фонъ Рекеблихера.

————

Подъезжаетъ и нещастной
Къ Амарилле голубой
Голубокъ любовью страстной
Виля, рыцарь отставной.

Предназначение.

——

Цыплятопироговъ, ты говоришь, Дамонъ!
Не годенъ никуда ни теломъ ни душою,
Куда ты, братецъ, тупъ! не видишь-ли что онъ
Для важныхъ делъ рожденъ судьбою?
И можно-ль подлинно безделкою назвать
Всю жизнь есть пироги да продавать цыплятъ?

Игра словъ.

——

Цыплятопироговъ въ себе заключаетъ
И разумъ Цыпленка и душу пастета.

Певецъ.

————

Апполонъ, напившись пьянъ,
Пелъ однажды на скрыпице
Музе, чистенькой девице:

Транъ, транъ, транъ.

Позабывъ сады свои
И виномъ разгоряченной,
Нимфамъ пелъ сатиръ влюбленной

Три, ти, ти, ти, ти, ти, ти.

А немчурка-басурманъ,
Ѳеба, Сатира черты,

Вдруг запелъ намъ: транъ, транъ, транъ

Три, ти, ти, ти, ти, ти, ти.

Опровержение

—————

Нетъ полно Мудрецы, обманывать вамъ светъ
И утверждать свое что совершенства нетъ

На свете въ твари тленной.

Явися, Вилинька, и докажи собой

Что ты и теломъ и душой

Уродъ пресовершенной. —

Жалкий Человекъ

————

Немецъ немцу вследъ иди,
Не мешай ни мало

Но ты виля погоди
Коль ума не стало.

Полустишие твое
Тянется глистою;

Вображение мое
Дрем<л>етъ надъ тобою; —

Какъ мертвецъ.... потухший взоръ!.....
Не мила мне муза,

Всходитъ солнце-ль изъ за горъ,
Бьетъ ли Рокъ француза,

Неприятенъ, грубъ твой стихъ.

Слогъ твой Виля слишкомъ дикъ!
Рифмы — караибски.

О прежалкой человекъ!

Не заслужишь ты вовекъ,
Пышны обелиски. —

Вопросъ.

————

Ахъ! батюшки, какой уродъ!
Широкий носъ, широкий ротъ,
Широкой задъ, и узки плечи,

И узкой умъ, и плоски речи!....
Скажите что это за филя?....

— Виля.

О Дон-Кишоте

———

Оставилъ пику Дон-Кишотъ

И ныне публику стихами забавляетъ;

И у него за белкой котъ
Съ сучечка на сучокъ летаетъ.

Новый Апполонъ.

————

Поехалъ, поскакалъ Тарасъ

На греческой парнасъ.
Ну вотъ, ослы вскричали

Мы худо отчего мычали
Ведь съ нами не былъ Апполонъ;
Теперь покажемся — вотъ онъ!
И все Тарасу восплескали.

И ими онъ, и имъ они довольны стали. —

Англизирование.

————

Дьялоги Англиски Ѳоме теперь толкуютъ.
Бывало лишь однихъ коней англизируютъ,

А ныне — вотъ нашъ векъ каковъ!
Англизируютъ и ословъ.

На случай
когда Виля на бале разтерялъ свои
башмаки. —

————      

Разъ прекрасная Психея
На пирушки у Снохи,
Веселясь, вертясь, потея,
Разтеряла башмаки.

Момъ хотелъ сыграть ей шутку

Ихъ проворно подобралъ,
И надувъ пастушью дудку,
Augustiny заигралъ.

Стары немцы съ молодыми

Прибежали все плясать;
Виля съ лапами босыми
Также сталъ вальсировать.

«Виля, Виля! стой, любезной!

«Ножку можешь занозить
«Эти башмаки не тесны,
«Можно, Виля, ихъ носить.
«На, возьми!» — И тотъ у Мома
Обувь взялъ, на пальцы взделъ,
Но боговъ изъ светла дома
Купидонъ на все гляделъ.

Въ ветеръ быстрой превратился

Хитрый, маленькой божокъ,
И туда скорей пустился
Где кружился дурачокъ.

Лётомъ крадется мальчишка

Сквозь кадрильные кружки,
И срываетъ — о плутишка! —
Съ грубой лапы башмачки.

Но Психея.... носъ зажала;

Башмаковъ ужъ не взяла;
Новые лишь заказала,
А Вильмушку — прокляла.

Виля, Виля будь умнее!

Съ резвомъ Момомъ не дружись,
Твой не впору Schuh Психее
Лучше-жъ босикомъ кружись! —

Неправосудие.

————

Даману доказать хотелось
Что правосудье къ чорту делось:

Плутягинъ подъ судомъ;

Хваталкинъ подъ кнутомъ;
Того колесовали,
Того въ Сибирь сослали;
А Клитъ Теласко сочинивъ

Живъ!

На переводъ поэмы: La religion.

————

Я дело доброе сегодня учинилъ,

И радъ тому не мало:

Какой то подъ угломъ продавецъ горько вылъ
И какъ ни выть? бумагъ для семги не достало
И не вчемъ продавать, товаръ межъ темъ гниетъ
Утешься, я сказалъ, беды великой нетъ

Дамонъ поэму издаетъ

Виля Геркулесу,
посвящая ему старыя свои штаны.

————

Алкидъ штанами пусть владеетъ
Когда другихъ онъ не имеетъ.

Сей богъ туда взойдетъ съ ногами, съ головой:

Въ сажень ихъ сшилъ портной.
Но молвить по просту, по руски,
Они... въ шагу мне узки. —

Марфорий своему Зоилу.

————

Клитъ эпиграммами меня терзаетъ, душитъ
Скажите кстатили на брань мне отвечать,
Чернилы по пусту съ бумагою терять,
Коль эпиграммою самъ на себя онъ служитъ?

На сочинение: Теласко.

——

Клитъ плачетъ и хлопочетъ

Что Цензоръ пропустить стиховъ его не хочетъ
Однако цензоръ правъ, и впрямь
Чтобъ было.... право я придумать не умею.

Чтобъ было с публикой коль Авторъ самъ
Съ ума сошелъ надъ книгою своею

Новость.

————

Ахъ! знаешь-ли, Дамонъ? осьмое изъ чудесъ!

На свете совершилось.

Сей часъ къ Заикину случай меня занесъ,

И чтожъ со мною тамъ случилось?

Я клитовы стихи увиделъ и дивлюсь!

Какой приметенъ смыслъ и вкусъ!

Какая чистота, Гармонья, плавность, нежность!
Какой высокой духъ! приятная небрежность.
Прочелъ и въ радости души къ тебе лечу....
Ты удивляешься, плечами пожимаешь,
И веришь мне и нетъ, и что сказать не знаешь......

Дамонъ! ведь я шучу!

Хата поэта.

———

Клитъ хату сделать приказалъ

Работникъ смастерилъ и Клита призываетъ

Но только Клита увидалъ
Какъ вдругъ завылъ и закричалъ:

Ай Батюшки! ай, ай, онъ головой сломаетъ!....

На новаго Лагарпа.

—— 

Скачите, Музы къ небесамъ,
Велите танцовать водамъ!
За перья!... ну теперь писать!...
Клитъ будетъ васъ критиковать!

Испытанье.

—————

Хотелось мне народъ однажды испытать;

И кто не безъ затеевъ?

Пошелъ нанять я стиходеевъ,
Чтобъ кто нибудь взялся Клеону написать

Похвальну оду или слово.

Чтожь? сто даю рублей — никто не хочетъ брать.
Даю и тысячу — нетъ толку никакова.
Но только попросилъ сатиру написать,

Лишь вымолвилъ — и даромъ все готово.

—————————

Примечания

Печатается впервые. Факсимиле стих. «Несчастие Клита» воспроизведено в «Вестнике Академии Наук СССР», 1931, № 7, стр. 49—50.

В. П. Гаевский в своей статье «Пушкин в Лицее и лицейские его стихотворения»1 сообщал: «Перед нами целая тетрадь стихотворений, написанных преимущественно на Кюхельбекера. Сборник этот: Жертва Мому или Лицейская Антология переписан в 181“ г. Пущиным. Большая часть этих стихотворений принадлежит Пушкину, но они не имеют никакого достоинства, и потому не приводим их». Из всего сборника В. П. Гаевский привел только стихотворение А. Д. Илличевского «Опровержение» («Нет, полно, мудрецы, обманывать вам свет»), указав на то, что оно было в переделанном виде напечатано Илличевским в ВЕ 181ґ г. (ч. 1, XXVIII, ноябрь, № 22, стр. 103) под псевдонимом: «ийший» и, приведя этот исправленный текст, опубликовал эпиграмму: «Несчастие Клита» («Внук Тредьяковского Клит гекзаметром песенки пишет...»), с таким пояснением: «Из помещенных в сборнике эпиграмм написаны на Кюхельбекера: Надпись на конную статую пушкаря В. фон-Рекеблихера, Певец, Жалкий человек, Вопрос, О Дон-Кихоте, На случай, когда Виля на бале растерял свои башмаки, Виля Геркулесу, Хата поэта, и некоторые другие с намеками не вполне понятными. Относительно лучшая из них следующая, написанная ПушкиныN». Прямое утверждение В. П. Гаевского о принадлежности этой эпиграммы Пушкину не встретило каких-либо сомнений у издателей его сочинений, и она печаталась во всех изданиях сочинений Пушкина под 1814 г., начиная с издания Г. Н. Геннади и до издания В. Я. Брюсова 1920 г., со ссылкой на статью Гаевского и указанием на то, что лицейский сборник, бывший в его руках, не сохранился. То же указание мы находим и в труде К. Я. Грота2 и в новейшем исследовании Н. В. Измайлова «Новый сборник лицейских стихотворений».3

В последней работе Н“ В. Измайлов, описывая новый сборник лицейских стихотворений, поступивший в Пушкинский Дом Академии Наук в 1918 г., пишет: «Сборник, бывший в руках Гаевского, теперь, повидимому, исчез. Но в нашем Сборнике мы находим целый отдел, носящий то же заглавие: «Жертва Мому или Лицейская Антология»; в нем содержатся все пьесы, поименованные Гаевским, и в том же порядке. Нет сомнения, что это тот же сборник, который Гаевский видел переписанным рукою Пущина, внесенный полностью в нашу тетрадь неизвестным составителем «Собрания». Таким образом восполняется значительный пробел в антологической лицейской поэзии раннего периода (если принять утверждение Гаевского, что сборник переписан в 1814 г.). К сожалению, туманное указание Гаевского, что «большая часть этих стихотворений принадлежит Пушкину», не позволяет делать никаких определенных выводов об авторах эпиграмм». Далее (на стр. 58—61) Измайлов приводит несколько стихотворений, еще не появлявшихся в печати, из отдела «Жертва Мому» описанного им лицейского сборника. Теперь мы имеем возможность ознакомиться с тем самым сборником «Жертва Мому», который был у Гаевского и так кратко описан им в «Современнике» 1863 г. Он обнаружен нами в Рукописном отделении Библиотеки Академии Наук СССР и поступил туда дополнительно из известной коллекции автографов В. И. Яковлева, от его вдовы, в 1927 г.4

Как выяснилось, он имеет исключительное значение уже по одному тому, что переписан весь от начала и до конца не рукою Пущина, как заявлял Гаевский, а рукою Пушкина.5

Сборник этот состоит из семи листов писчей бумаги в 8 де л., без водяных знаков, и сшит от руки, лл. 13 и 14 — чистые. На л. 1 заглавие: «Жертва Мому или Лицейская Антология», и дата: «1814», с росчерком в виде круга вокруг даты; л. 1 об. — чистый.

Сборник открывается стихотворение쵫Нещастие Клита», вошедшим в издания сочинений Пушкина, без разночтений; далее находятся: «Надпись. На конную статую пушкаря В. фон-Рекеблихера» — приведено в статье Измайлова, на стр. 58, без разночтений. «Предназначение» публикуется впервые; «Игра слов» — публикуется впервые; «Певец» — напечатано впервые в книге К. Я. Грота «Пушкинский Лицей», СПб. 1911, стр. 219, в качестве «Национальной песни». «Опровержение» — напечатано впервые под именем А. Д. Илличевского в названной статье В. П. Гаевского, стр. 147—148; см. также Н. А. Гастфрейнд «Товарищи Пушкина», т. II, стр. 134 и СПД, стр. 49 и 61—62 примеч.; «Жалкий Человек» — печатается впервые. «Вопрос» — напечатано в СПД, стр“ 59; «О Дон-Кишоте» — печатается впервые; «Новый Апполон» — напечатано там же стр. 59; «Англизирование» — печатается впервые; «На случай когда Виля на бале растерял свои башмаки» печатается впервые (ср. СПД, стр“ 60—61); «Неправосудие» напечатано Я. К. Гротом в изд. «Сочинения Я. К. Грота», т. III, СПб. 1901, стр. 245 второй пагинации; «На перевод поэмы La religion» — напечатано там же, стр. 245 (ср. СПД, стр. 50); «Виля Геркулесу, посвящая ему свои старые штаны» и «Марфорий своему Зоилу» — печатаются впервые; «На сочинение Теласко» — напечатано в СПД, стр. 60; «Новость», «Хата поэта» и «На нового Лагарпа» — печатаются впервые; «Испытание» — напечатано в СПД, стр. 60.

Рассматривая стихотворения, находящиеся вТ«Собрании Лицейских стихотворений», где впервые оказался отдел «Жертва Мому», Н. В. Измайлов писал: «Наиболее слабые эпиграммы принадлежат «Жертве Мому». Если верно свидетельство Гаевского, что это — почти все произведения Пушкина, то можно думать, что они принадлежат к самой ранней поре его творчества. Темы их узки и не выходят почти из рамок школьного зубоскальства, подчас — грубого, и большею частью — очень примитивного. Главный предмет насмешки — В. К. Кюхельбекер, Виля, Вильмушка, Клит; под последним именем он выступает на всем протяжении «Собрания». В нем осмеиваются не только умственные и душевные свойства его, поэтическое творчество, критические опыты, но даже наружность — неуклюжесть, неумение ловко носить костюм.., как видно, очень узкое, чисто «классное» острословие. — Некоторые из эпиграмм выражены в очень неуклюжей и малопонятной форме...»6 С сказанным, конечно, нельзя не согласиться. Но после найденного автографа ПушкинаЧ«Жертва Мому» внимание исследователя сосредоточивается вокруг попытки определения авторства всего сборника «Жертва Мому». Прежде всего необходимо рассмотреть вопрос о том, какие из отдельных пьес этого сборника связывались с именем определенного автора и на чем эта связь была основана. Пушкину приписывается «Нещастие Клита».7 Аґ Д. Илличевскому принадлежит пьеска «Опровержение». Остальные стихотворения анонимны. Авторство Илличевского в стихотворении «Опровержение» не подлежит сомнению. Авторство Пушкина в стихотворении «Нещастие Клита», основанное лишь на свидетельстве В. П. Гаевского, в последнее время подвергается сомнению.8

Н. В. Измайлов, печатая оглавление рассмотренного им «Сборника Лицейских стихотворений»,9 просмотрел очень важный факт, имеющий первостепенное значение. Дело в том, что в этом сборнике на заглавном листе IV отдела непосредственно после слов «Жертва Мому или Лицейская Антология» написана еще прописная буква «П». Сопоставление найденного автографа Пушкина «Жертва Мому» с буквой «П» в «Сборнике Лицейских стихотворений» окончательно устанавливает связь первого со вторым, заключающуюся в том, что по рукописи Пушкина текст «Жертвы Мому» был вписан в «Сборник Лицейских стихотворений», и что у неизвестного нам по имени переписчика «Жертва Мому» отождествлялась с именем Пушкина, тем более, что при сличении того и другого текста никаких разночтений не оказалось. Таким образом устанавливается окончательно, что именно Пушкин и никто другой из его товарищей-лицеистов был составителем сборника «Жертва Мому». Отсюда вполне естественно высказать утверждение, что самое лучшее из стихотворений сборника, «Нещастие Клита», поставленное на первом месте, принадлежит именно Пушкину; оно должно включаться в основной текст собрания его сочинений. В. П. Гаевский, зная лично многих лицеистов, однокурсников Пушкина, и несомненно получивший об этом чье-либо авторитетное указание, очевидно, поэтому так определенно и заявил об авторстве Пушкина в стихотворении «Нещастие Клита». Очевидно также, что не напрасно он с той же определенностью утверждал, что «большая часть этих стихотворений», то есть находящихся в сборнике «Жертва Мому», принадлежит Пушкину. Они, действительно, «не имеют никакого достоинства», по выражению Гаевского, но если принять во внимание, что они могли быть писаны только в 1811—1813 гг. (сборник переписан в 1814 г.) и являются ранними поэтическими опытами Пушкина и других лицеистов, то от них, конечно, и нельзя ожидать большего. Один только гипноз гения Пушкина мешает несколько притти к такому выводу. Не располагая, однако, помимо высказанных фактов, никакими другими более точными, сейчас еще нельзя утверждать, какие именно из стихотворений нового сборника, помимо «Нещастия Клита», принадлежат Пушкину, и какие, помимо стихотворения А. Д. Илличевского «Опровержение», принадлежат другим поэтам-лицеистам. Вот почему высказанные соображения позволяют пока рассматривать текст автографа Пушкина «Жертва Мому» как результат коллективного творчества лицеистов, в котором несомненно большую долю участия принимал Пушкин.

Сноски

1 См. «Современник» 1863, XCVII, 146—148.

2 «Пушкинский Лицей», СПб. 1911, стр. 141, прим.

3 СПД, стр. 44—45.

4 Ныне хранится в ИРЛИ (№ 420). Автографы Пушкина из этой коллекции описаны В. И. Срезневским в ПС XXXVI, 1—7.

5 См. заметку Л. Б. Модзалевского «Новые автографы Пушкина» в «Вестнике Академии Наук» 1931, № 7, стр. 49—50.

6 СПД, стр. 58.

7 В КН и ПГ оно отнесено к отделу приписываемых Пушкину.

8 См. СПД, стр. 49.

9 Там же, стр. 36.