Купить диплом можно на http://i-diploma.com 
Скачать текст письма

Модзалевский. Примечания - Пушкин. Письма, 1831-1833. Часть 31.

503. М. П. Погодину, 11 июля [1832. Петербург] (стр. 75–76). Напечатано впервые в°«Москвитянине» 1842 г., ч. V, № 10, стр. 466–467, и у И. В. Анненкова в «Материалах», С.-Пб. 1855 , стр. 304, в отрывке. Полностью в изд. Сочинений Пушкина, под ред. П. А. Ефремова, М. 1882, стр. 310–312, и в последующих изданиях. Подлинник на листе почтовой бумаги большого формата, без водяных знаков, – в Публичной Библиотеке СССР им. В. И. Ленина (Архив Погодина, № 3519, письма 1832 г., перепл. 5, лл. 85–86).

Пушкин отвечает на письмо М. П. Погодина от 18 апреля 1832 г., писанное из Москвы: «А я уж соскучился по вас, любезнейший Александр

Сергеевич: так давно нет об вас ни слуху, ни духу. Что вы делаете, что сделали, что будете делать, что ваш Петр и пр. Хоть бы Хомяков воротился и привез известия. Как вам понравилась его лирическая хроника?† Между тем у меня есть до вас и просьба; я напечатал Нем. Театр, пер. Шишкова, в 4 част. – Издание (1100 экз.) стоит мне с заплатою переводчика 5000 р. – Не купит ли его сполна Г. Смирдин? Пусть он назначит сам цену, какую ему угодно, сроки, какие ему угодно. Я во всем полагаюсь на его честность. – Готов взять даже, что себе стоит, ибо я хотел только помочь переводчику. – Книга хорошая и пойдет непременно. – Будьте посредником. – Еще – не купит ли он всегЦ издания Марфы Посадницы. Условия также зависят от него. Я был бы очень благодарен ему, еслиб он избавил меня от всех этих хлопот, а может быть и я современем ему пригожусь. – С Московс. книгопродавцами мне тошно иметь дело» (И. А. Шляпкин, «Из неизданных бумаг Пушкина», С.-Пб. 1903, стр. 167–169; Переписка Пушкина, т. II, стр. 380). Получив ответ Пушкина, Погодин записал в своем дневнике 10 июля: «Письмо от Пуш<кина> о газете» («Пушкин и его соврем.», вып. XXIII– XXIV, стр. 119), а 1 августа отправил свой ответ (см. там же), недошедший до нас.

– В начале письма Пушкин касается переговоров своих по просьбе Погодина с книгопродавцем и издателем А. Ф. Смирдиным о приобретении последним изданияц«Марфы Посадницы» (о ней см. выше, в т. II, стр. 90–92, 111, 383, 431, 438, 474 и 487–488, и в настоящем томе, стр. 146–147, в примечаниях к письму № 395). Трагедия Погодина была встречена критикой очень сурово; в «Сыне Отеч.» (1832 г., № 20, стр. 330–352) появилась резкая рецензия, в которой трагедия была названа «площадною» (см. Н. П. Барсуков, «Жизнь и труды М. П. Погодина», т. IV, стр. 20–23). Погодин отметил в своем дневнике, что «Марфы проданы пять экземпляров. Вот и еще утешенид» (там же, стр. 22). Понятно, что Погодин начал хлопоты о скорейшей продаже издания, с чем и обратился к Пушкину. Но ответ его показывает, что «комиссия» его у Смирдина не увенчалась успехом, так как Смирдин отказался приобрести издание трагедии (см. в книге Т. Грица, В. Тренина, М. Никитина, «Словесность и коммерция», М. стр. 267). Разбор драмы, сделанный Пушкиным и относящийся к 1830 г. см. в Акад. изд. Сочинений Пушкина, т. IX, ч. 1, стр. 127–130; он напечатан был впоследствии Погодиным в «Москвитянине» 1842 г., ч. V, № 10 стр. 462–465 (ср. в указ. Собрании Сочинений Пушкина, т. IX, ч. 2, стр. 350, 355–356, 365, 367–368, 372, 374–379 и 392).

– А. Ф. Смирдин незадолго перед тем открыл новую книжную лавку на Невском проспекте, в доме около Петровской церкви. 19 февраля состоялось новоселье, на котором присутствовали писатели разных группировоЪ и среди них Пушкин. Об этом литературном событии сохранилось значительное количество свидетельств современников; кн. П. А. Вяземский писал И. И. Дмитриеву 13 апреля: «На первый случай рекомендую Вам новую книжную лавку – Смирдина, первую европейскую лавку русскими книгами. В ней не темно, не холодно, не сыро и не грязно: говорю не в литературном отношении. Везде – красное дерево, бронза, все так нарядно, так блестит, что русским книгам должно быть совестно тут... Об обеде для новоселья, на котором журналисты перепились, говорить не стану. Увидим, какова будет дижестия этого обеда, т. е. альманах, который обязались мы поставить в благодарность за хлеб соль. Здесь есть довольно много движения в литературе, но движения без деятельности и действия. Смирдин, сказываютс снимает Северную Пчелу и Сын Отечества и дает за право прежним откупщикам по 60 или 50 тысяч ежегодно» («Русск. Арх. 1868 г., ст. 616). Книжная лавка Смирдина сделалась вскоре центром, куда сходились писатели, издатели и журналисты для устройства своих литературно-издательских дел, чтения и приобретения книжных новинок. В лавке бывал часто и Пушкин. О лавке Смирдина и о новосельи у него см. выше, т. I, стр. 277–278, и в следующих изданиях: «Дневник» Пушкина, под ред. Б. Л. Модзалевского, П. 1923, стр. 73–74; московское издание «Дневника», 1923, стр. 512–514; Т. Гриц, В. Тренин, М. Никитин, «Словесность и коммерция (Книжная лавка А. Ф. Смирдина)», под ред. В. Б. Шкловского и Б. М. Эйхенбаума, М., стр. 215–297 и др.; К. Шимкевич «Литературный обед у Смирдина с участием Пушкина» – в изд. «Пушкин и его соврем.», вып. XXXI–XXXII, стр. 111–118; там же, вып. XXIII–XXIV, стр. 184 № 130; Рассказ В. Б[урнашева] в «Русск. Арх.» 1901 г., кн. II, стр. 254; рассказ Н. Н. Терпигорева в «Русск. Стар.» 1870 г., кн. I, стр. 580–581; Письмо П. А. Плетнева В. А. Жуковскому от 11 марта 1833 г. в «Русск. Арх.» 1875 г., кн. II, стр. 467, и в Сочинениях и переписке П. А. Плетнева, т. III, стр. 526, (вторичное новоселье в 1833 г.); «Молва» 18 марта 1832 г., № 23, стр. 92.

–Ч«Вас разбранили где-то за Посадницу» – нужно думать, что это была рецензия на драму, помещенная в «Сыне Отечества», о чем говорилось выше, стр. 510. См. на нее «Антикритику», помещенную в «Молве» 17 июня 1832 г. № 49, стр. 194–195.

– ОА«Борисе Годунове» и «Полтаве» Пушкина см. отзыв выше, в т. II, стр. 345 (о «Полтаве»), и в настоящем томе, стр. 145–146, в примечаниях к письму № 395 (о «Борисе Годунове»).

– Говоря о критике, Пушкин старался успокоить Погодина и сгладить неприятное впечатление, произведенное на  последнего суровостью и резкостью рецензий, появившихся ом«Марфе Посаднице». По тем же причинам Пушкин, несомненно, преувеличивал значение драм Погодина.

– Хлопоты Погодина о постановк凫Марфы Посадницы» на сцене не достигли желаемого результата; «Марфу вашу, – писал ему Б. Л. Враский, – до сих пор дирекция московских театров еще к нам не доставила, впрочем, еслиб она и доставлена была, то все-же нельзя было бы позволить, ибо Государю не угодно, чтобы на  сцену выводимы были наши цари и поляки, к какому бы времени это ни относилось» (Н. П. Барсуков, «Жизнь и труды М. П. Погодина», т. IV, стр. 20).

– Петр – другая трагедия Погодина, о ней см. выше, стр. 321–323, в примечаниях к письму N 433 І«Русск. Стар.» 1903 г., № 2, стр. 315–316). «Мой Петр лежит все под спудом» – писал Погодин С. П. Шевыреву 13 июля 1832 г. («Русск. Арх.» 1882 г., кн. III, стр. 198).

– Скриб (Augustin-Eugène Scribe, род. в Париже 5 декабря 1791 – ум. там же 20 февраля 1861), автор многочисленных водевилей и комедий; избранный в академики французской Академии после смерти А. В. Арно и произнесший 28 января 1836 г. на академическом заседании «блестящую», по выражению Пушкина, речь. Эту речь, а также ответ на нее непременного секретаря Академии А. Ф. Вильмена Пушкин напечатал в 1836 г. в «Современнике» (т. II, стр. 14–52), в своей статье «Француская Академия». Об этом, а также о самом Скрибе см. в статье Н. О. Лернера в «Русск. Стар. 1911 г.», № 10, стр. 3–33, и в Акад. изд. Сочинений Пушкина, т. IX, ч. 1, стр. 275–301, и ч. 2, стр. 769–780. В библиотеке Пушкина сохранилось несколько изданий сочинений Скриба, а также биография Скриба, написанная Густавом Планшем (Gustave Planche), – см. Б. Л. Модзалевский, «Библиотека Пушкина», C-Пб. 1910, стр. 311, 333 и 334.

– Дидло, Шарль-Луи, знаменитый балетмейстер (о нем см. в т. II, стр. 263).

– О газете, разрешенной Пушкину, но не осуществившейся, см. выше, стр. 489–500; о противодействии Булгарину со стороны Пушкина в это время см. в статье кн. П. П. Вяземского в сборнике П. И. Бартенева «А. С. Пушкин», II, М. 1885, стр. 52–53.

– «Но журнал будучи торговым предприятием, я ни к чему приступить не дерзаю». – Галлицизм в сокращении придаточного предложения, что несколько раз встречается у Пушкина. Так, в повести «Выстрел» – «Вы согласитесь, что имея право выбрать оружие, жизнь его была в моих руках». В повести «Дубровский» – «Воспитанная в аристократических предрассудках, учитель для нее был род слуги или мастерового, а слуга или мастеровой не казался ей мужчиною» [наблюдения И. К. Линдемана. – Ред.].

– «Собрать подписку на Историю Русского народа» – намек на «Историю Русского народа» Н. А. Полевого, объявившего и собравшего подписку на свой труд, в то время когда он еще не был написан (об этом см. выше, т. II, стр. 474, выше, стр. 465, и в Полн. Собр. Соч. кн. П. А. Вяземского, т. II, СПб. 1879, стр. 145–149, в статье его: «История русского народа, критика на  нее Вестника Европы и других журналов. Один том на лицо. Одиннадцать будущих томов в воле божией»). В своих заметках на черновике письма кн. П. А. Вяземского к С. С. Уварову, писанном в 1836 г., Пушкин резко выразился о Полевом и о «плутовстве подписки» на его «Историю Русскою народа» (см. т. II, стр. 372, см. Полн. Собр. Соч. кн. П. А. Вяземского, т. II, стр. 225, примеч. 2).

– Надеждин – Николай Иванович (о нем см. в т. II, стр. 441–442, и другие, по указателю). Говоря о его непростительной опрометчивости суждений в связи с сравнением с Н. А. Полевым, Пушкин, по всей вероятности, имеет в виду прочтенную им в журнале Надеждина «Телескоп», 1832 г., № 9, стр. 103–115 (ценз. разрешение цензора Николая Лазарева 5 июля 1832), рецензию на последнюю главу Евгения Онегина (СПб. 1832) и на сборник своих стихотворений, часть III (СПб. 1832). В этой рецензии путем тонких намеков Пушкин действительно сравнивается с Полевым. Надеждин между прочим писал: «Большинство публики, в минуты первого упоения, обмороченное вероломными кликами шарлатанов, спекулировавших на общий энтузиазм к Пушкину, видело в Онегине какое то необыкновенное чудо, долженствовавшее разродиться неслыханными последствиями. Оно думало читать в нем полную историю современного

человечества, оправленную в роскошные поэтические рамы, ожидало найти в нем Русского Чайлд-Гарольда. И могло ли устоять долго это добродушное ослепление, когда откровенная искренность поэта сама его разрушала беспрестанно? Каждая новая глава Онегина яснее и яснее обнаруживала непритязательность Пушкина на исполинский замысел, ему приписываемый ...»; «Смело можно было угадывать, что при первой главе Онегина, Пушкин и не думал, как он кончится; и вот собственное его откровенное признание в последней главе:

Промчалось много, много дней
С тех пор, как юная Татьяна
И с ней Онегин в смутном сне
Явилися впервые мне –
И даль свободного романа
Я сквозь магический кристалл
Еще не ясно различал (VIII, 50).

Но сие признание сделано уже слишком поздно. Оно не спасло откровенного поэта от мести тех, кои, думая видеть в мыльных пузырьках, пускаемых его затейливым воображением, роскошные огни высокой поэтическоЪ фантасмагории, наконец должны были признать себя жалко обманувшимися»... «Ясно, что Пушкин, с благородным самоотвержением сознал наконец тщету и ничтожность поэтического суесловия, коим, увлекая других, не мог конечно и сам не увлекаться. Его созревший ум проник глубже и постиг вернее тайну поэзии: он увидел, что для гения – повторим давно сказанную остроту – не довольно создать Евгения... Не лучше ли от того нашей словесности? При ее крайнем убожестве, блестящая игрушка, подобная Онегину, все, по крайней мере, наполняла собой ужасную ее пустоту. Видеть эту игрушку разбитою руками, ее устроившими, и не иметь, чем заменить ее – еще грустнее, еще безотраднее». Опровергая основное обвинение рецензента, Пушкин совершенно справедливо ссылается на свое предисловие к первой главе романа»: «Вот начало большого стихотворения, которое, вероятно не будет окончено» (ср. Н. П. Барсуков «Жизнь и труды М. П. Погодина», т. IV, С.-Пб. 1891, стр. 100).

– Шишков – Александр Ардальонович (см. в т. I, стр. 298–299, и т. II, стр. 504). Пушкин благодарит его за полученное от него через М. П. Погодина издание «Избранный Немецкий театр. Перевод Александра Шишкова 2. Москва 1831», в 4 томах с следующею надписью: «А. С. Пушкину от переводчика» (Б. Л. Модзалевский, «Библиотека Пушкина», С.-Пб. 1910, стр. 115–116). Издание это осуществлено было М. П. Погодиным (см. в письме М. П. Погодина к Пушкину выше, стр. 510). Посылая Пушкину первый том «Немецкого театра», Шишков писал ему 6 октября 1831 г.: «Надеясь на твое снисхождение к трудам моим, милый мой Александр Сергеевич, посылаю тебе 1 том моих переводов; второй-же доставлю с первой почтой. Прими его: порой он напоминает товарища детских лет твоих и отчасти бурной молодости. Посылая 2 том, буду писать к тебе подробно о многом, теперь же спешу, чтоб не опоздать на почту. Не забывай меня, милый друг, и сохрани ко мне хоть сотую долю той дружбы, которой я гордился некогда. И так до первой почты. Обнимаю тебя и почитаю излишним уверять тебя в чувствах глубокого уважения и преданности, которые всегда питал к тебе и питать не перестану. Душевно преданный тебе Ал. Шишков» (Переписка Пушкина, т. II, стр. 332). В 1832 г. в «Молве» (9 февраля, № 12, стр. 46–47) А. А. Шишков поместил следующее объявление: «Благосклонный прием публикою напечатанных мною четырех томов Избранного Немецкого Театра, и ревностное желание, по мере сил трудиться для пользы Отечественной Словесности, поощрили меня к продолжению предпринятого мною труда. Избранный Немецкий Театр продолжаться будет в том же точно виде, в каком вышли первые четыре тома. В половине сего 1832 года выйдет пятый, состоящий из двух трагедий: Розамунды – Кернера и Дмитрия Самозванца, начатого Шиллером, конченного Мильтицем...» Но этому предположению Шишкова не суждено было осуществиться, так как он был убит 27 сентября 1832 г. А. Я. Булгаков писал брату в Петербург 3 октября: «В Твери была ужасная история, рассказывал [М. Н.] Загоскин. Офицер [А. П.] Чернов, кажется, сказал что то на бале о жене Шишкова, племянника бывшего министра, тоже автора. Шишков дал пощечину. Офицер выждал его на крыльце у разъезда и кинжалом заколол, дав четыре раны, потом сам предался губернатору в руки» («Русск. Арх.» 1902 г., кн. I, стр. 318; см. также выше, в I т., стр. 298; Н. О. Лернер, «Труды и дни Пушкина», изд. 2, С.-Пб. 1910, стр. 467; И. А. Шляпкин, «Из неизданных бумаг Пушкина», С.-Пб. 1903, стр. 95 и 168). В «Молве» 30 декабря 1832 г., № 105, был помещен некролог А. А. Шишкова. По поручению его вдовы там же сообщалось о сборе подписки на издание 4 томов «Сочинений и переводов Шишкова 2», с изложением их содержания, причем указывалось, что «надзор за изданием принимают на себя С. Т. Аксаков, М. П. Погодин и издатель Телескопа» (там же, стр. 418–419). Предприятие это не осуществилось, вероятно, из-за малого количества собранных денег. «Сочинения и переводы» Шишкова были изданы в 4 томах в 1834–1835 гг. на средства Российской Академии, в пользу дочери Шишкова. В 1833 г. Пушкин принимал живое участие в посмертном издании переводов Шишкова и составил для вдовы его письмо на имя гр. С. С. Уварова (см. в назв. книге И. А. Шляпкина, стр. 93–95, и в книге «Рукою Пушкина», под ред. М. А. Цявловского, Л. Б. Модзалевского и Т. Г. Зенгер, Л. 1935, стр. 820, и выше, в т. I, стр. 298–299).

– Фортунат – драматическая сказка Людвига Тика, переведенная Шишковым и напечатанная в III томе «Избранного Немецкого Театра», М. 1831 (см. «Дневник» Пушкина, М. 1923, стр. 544).

– На приглашение Пушкина приехать в Петербург М. П. Погодин не отозвался, оставаясь в течение 1832 г. в Москве. Здесь, несомненно, состоялось их свидание осенью 1832 г. (о чем ниже, стр. 520, 521 и 524).

504. Графу Д. И. Хвостову [2 августа 1832 г.] (стр. 76). Беловой текст напечатан впервые в очерке Е. Я. Колбасина «Певец Кубры или граф Дмитрий Иванович Хвостов (†1835)» в журнале «Время» 1862 г., № 6, отд. I, стр. 139–181 (140), а оттуда в изд. Сочинений Пушкина (напр. изд. Литературного Фонда, т. VII, стр. 310), с неправильным отнесением к октябрю 1832 г. В Акад. изд. Переписки Пушкина (т. II, стр. 386–387) датировано более правильно: «лето 1832 г. С.-Пб.». Черновой текст напечатан впервые Ю. Г. Оксманом в «Литературном Наследстве», № 16–18, стр. 597. Подлинник белового текста – на листе почтовой бумаги большого формата, без водяных знаков, – в ИРЛИ (Пушкинском Доме) Академии наук СССР (Литературная переписка гр. Д. И. Хвостова 1832 г., письмо № 70, лл. 141 и 144; в реестре перед письмом под № 70 записано неизвестною рукою: «Письмо А. С. Пушкина от 2 августа. Благодарность за присылку песенки Соловей съ музыкою»); он сложен конвертом и запечатан гербовою печатью Пушкина под графской короной; подлинник чернового текста находится там же, в бумагах, полученных через П. Е. Щеголева; письмо написано на обороте письма гр. Д. И. Хвостова к Пушкину от 2 августа, текст которого мы и приводим полностью:

«Свидетельствуя почтение приятелю – совремяному, знаменитому поэту Александру Сергеевичу Пушкину, посылаю ему песенку моего сочинения на музыку положенную и прошу в знак дружбы ко мне доставить оную вашей Наталье Николаевне. Примите уверение искренней преданности и дружбы с коими есть и буду покорный слуга Граф Хвостов. 1832 года Августа 2 дня». На обороте: «Его благородию Александру Сергеевичу Пушкину. От графа Хвостова» (см. «Литературное Наследство», № 16–18, стр. 597).

– О гр. Д. И. Хвостове см. выше, т. I, стр. 252–253, 397, 521 и др., по указателю, а также «Дневник» Пушкина, М. 1923, стр. 547–551. Хвостов в это время был очень жалок, свидетельствует кн. П. А. Вяземский: «он так дряхл и расслаб, что недолго осталось ему публично падать, писать и...» («Русск. Арх.» 1868 г., ст. 619–620; «Старина и Новизна», кн. II, стр. 231, где рассказывается о том, как Хвостов упал в Летнем Саду).

– Подарок Хвостова. поднесенный им Н. Н. Пушкиной, состоял в стихотворении Хвостова «Соловей в Таврическом Саду, 1832 года»:

        Зовут друзья в саду Тавриды
Под вечер слушать соловья:116
Родной напев, родные виды –
До вас большой охотник я.

        Услышать трели Филомелы
Бреду – и стал почти без ног;
Раскаты, переливы смелы
Рождают сладостный восторг.

        Пусть голос соловья прекрасный,
Пленяя, тешит, нежит слух,
Но струны лиры громогласной
Прочнее восхищают дух.

        Любитель муз, с зарею Майской,
Спеши к источникам ключей,
Ступай послушать на Фурштатской,
Поет где Пушкин-соловей.

(см. Стихотворения графа Д. И. Хвостова, т. VII, С.-Пб. 1834, стр. 171–172; перепечатано в книге В. В. КаллашаЌ«Русские поэты о Пушкине. Сборник стихотворений», М. 1899, стр. 304). К последней строке стихотворения Хвостов сделал следующее примечание (там же, т. VII, стр. 271): «Сие приветствие известному поэту нашего времени Александру Сергеевичу Пушкину, который жил тогда на Фурштатской и удостоил автора ответом в прозе при получении сей песенки. Музыка на сей голос и с словами помещена в Музыкальном журнале Г. Добри» (этого издания нам не удалось разыскать).

– Говоря о своем долге перед Хвостовым и упоминая о том, что Хвостов «два раза почтил» его «лестным к нему обращением», Пушкин имеет в виду как настоящее, второе стихотворение Хвостова, так и первое, писанное еще в 1831 г. и отправленное им к Пушкину при письме 24 октября (об этом см. выше, стр. 438–439, в примечаниях к письму № 474; «Старина и Новизна», кн. II, стр. 210–211; H. П. Барсуков, «Жизнь и труды М. П. Погодина», кн. III, стр. 332–333, «Дневник» Пушкина, М. 1923, стр. 550–551; П. В. Анненков, «Материалы для биографии Пушкина», С.-Пб. 1855, стр. 321, примечание). Пушкин тогда же, в 1831 г., предполагал «достойно» отвечать Хвостову, но не выполнил своего намерения (см. выше, стр. 55). Нужно думать, что на этот раз он исполнил свое обещание и, кроме благодарственного письма, посетил старика-графомана, «патриарха» русской поэзии, вместе с H. H. Пушкиной. Возможно, что отзвуком «благодарности» Хвостову служит упоминание последнего в следующих строках Пушкина в «Медном Всаднике»:

...Граф Хвостов,
Поэт, любимый небесами,
Уж пел бессмертными стихами
Несчастье невских берегов

505. А. П. Керн. [Вторая половина 1832 г.] (стр. 77). Напечатано впервые Б. Л. Модзалевским, по тексту А. П. Керн, в его статьеФ«Дельвиг и Пушкин. Письмо А. П. Марковой-Виноградской (Керн) к П. В. Анненкову» в изд. «Пушкин и его соврем.», вып. V, стр. 154 (ср. А. П. Керн, «Воспоминания», под ред. Ю. H. Верховского, изд. «Academia», Лгр. 1929, стр. 344 и 416). Вошло в Акад. изд. Переписки Пушкина, т. II, стр. 387. Подлинник неизвестен.

Перевод: «Перо мое так дурно, что г-жа Хитрова <......> им пользоваться, и мне выпала удача быть ее секретарем».

Записочка эта является припиской Пушкина на следующей, писанной его же рукою записке Е. Хитрово к А. П. Керн: «Chère Madame Kern, notre jeune a la rougeole et il n'y a moyen de lui parler, dès que ma fille sera mieux, j'irai Vous embrasser. El. Hitroff» («Дорогая г-жа Керн, малютка наша 117 в кори, и с нею нельзя видеться. Как только дочери моей 118 станет лучше, я приеду с вами повидаться. Ел. Хитрова» (подпись фамилии – рукою Е. М. Хитрово).

Как эта, так и две следующие записочки Пушкина к А. П. Керн (NN 506 и 507) относятся ко времени, когда А. П. Керн пыталась выкупить свое имение, сначала данное ей в приданое ее отцом Петром МарковичеЪ Полторацким, а потом проданное им графу Шереметеву и составлявшее все ее имущество. Хлопоты по выкупу имения были предприняты А. П. Керн вскоре после смерти ее матери, Екатерины Ивановны Полторацкой, рожд. Вульф, последовавшей в первой половине 1832 г.119 В хлопотах А. П. Керн приняли большое участие Елиз. Мих. Хитрово и Пушкин. Хлопоты не удались, о чем А. П. Керн подробно рассказывает в своем письме к П. В. Анненкову (см.К«Пушкин и его соврем.», вып. V, стр. 152–155, и А. П. Керн «Воспоминания», под ред. Ю. H. Верховского, Лгр. 1929, стр. 342–345). А. П. Керн рассказывает, что после того как Е. М. Хитрово взялась хлопотать, она получила от нее следующую записку: «Вчера утром я получила ваше хорошее письмо, сударыня, я бы тотчас приехала вас навестить, но серьезная болезнь дочери меня задержала. Если вы свободны приехать ко мне завтра в полдень, я с большой радостью Вас приму». «Вследствие этой-то записки, – говорит Керн, – Александр Сергеевич приехал ко мне в своей карете и в ней меня отправил к Хитровой». После этого Керн приводит вторую записку Е. М. Хитрово с припискою Пушкина, нами комментируемой. После двух других записок Пушкина (см. №№ 506 и 507) и одной от Е. М. Хитрово, из которых видно, что соглашение с гр. Шереметевым не состоялось, А. П. Керн оставила мысль о выкупе имения и более ни с Пушкиным, ни с Хитрово по этому делу не переписывалась.

506. А. П. Керн [вторая половина 1832 г.] (стр. 77). Напечатано впервые Б. Л. Модзалевским по тексту А. П. Керн в его статье «Дельвиг и Пушкин. Письмо А. П. Марковой-Виноградской (Керн) к П. В. Анненкову», в изд. «Пушкин и его соврем.», вып. V, стр. 154–155 (ср. А. П. Керн «Воспоминания», под ред. Ю. H. Верховского, изд. «Academia», Лгр. 1929, стр. 345 и 416). Вошло по этому же тексту в Акад. изд. Переписки Пушкина, т. II, стр. 388. Нами впервые печатается по подлиннику, писанному на листке голубой золотообрезной бумаги обыкновенного почтового формата, с поврежденным краем; на обороте находятся написанные, вероятно, рукою А. П. Керн, записи адресов. Подлинник хранится в ИРЛИ (Пушкинский Дом), в собрании П. Я. Дашкова.

Перевод: «Вот ответ Шереметева. Желаю, чтобы он был для вас приятен. Г-жа Хитрова сделала все, что могла. Простите прекрасная, будьте покойны и довольны и верьте моей преданности».

Эта записочка Пушкина писана одновременно с следующей запиской Е. М. Хитрово к Керн: «Voici, ma très chère, une lettre de Che<remete>ff – dites-moi ce qu'elle contient. J'allais Vous la porter moi-même, mais j'ai un vrai malheur, car voila qu'il pleut. – E. Hitroff. («Вот, моя дорогая, письмо Шереметева – скажите мне его содержание. Я собиралась вам нести его сама, но на мое несчастье идет дождь. Е. Хитрова»).

Письмо Пушкина касается того же дела о выкупе А. П. Керн имения у гр. Шереметева (см. выше, стр. 516–517, в примечаниях к письму № 505).

– Шереметев – или граф Дмитрий Николаевич (род. 1803 – ум. 1871) – см. его биографию в «Сборнике биографий кавалергардов», под ред. С. А. Панчулидзева, т. III, стр. 384–387; или граф Николай Алексеевич (р. 1784 – ум. 1847). Ответ гр. Шереметева, в котором должно было заключаться его решение относительно продажи А. П. Керн принадлежавшего ей ранее имения, неизвестен. Содержание письма Шереметева к А. П. Керн не было известно также Пушкину и Е. М. Хитрово; вопреки пожеланию Пушкина решение Шереметева было неблагоприятно для А. П. Керн.

507. А. П. Керн [вторая половина 1832 г.] (стр. 77). Напечатано впервые Б. Л. Модзалевским, по тексту А. П. Керн, в его статьећ«Дельвиг и Пушкин. Письмо А. П. Марковой-Виноградской к П. В. Анненкову», в изд. «Пушкин и его соврем.», вып. V, стр. 155 (ср. А. П. Керн, «Воспоминания», под ред. Ю. Н. Верховского, изд. «Academia», Лгр. 1929, стр. 345 и 416). Вошло в Акад. изд. Переписки Пушкина, т. II, стр. 388. Подлинник не сохранился, так как был уничтожен А. П. Керн, огорчившейся (по ее словам) содержанием письма. Приведенные отрывки письма восстановлены ею по памяти.

Перевод: «<....> Раз вы ничего не могли добиться – вы, красивая женщина, – что мог бы сделать я – мужчина и притом некрасивый <....> Все, что могу посоветовать – это снова обратиться к услугам Д. <....>». Приведя эти строки, А. П. Керн приписала: «etc. etc., et puis jouant sur le dernier mot...» («и т. д. и т. д. и потом играя на последнем слове»).

Отрывок этого письма касается приобретения А. П. Керн у гр. Шереметева принадлежавшего ей ранее имения, о чем см. выше в письмах № 505 и 506 и в примечаниях к ним.

– Д – к кому Пушкин советовал обратиться по ее делу, остается неизвестным.

508. Е. М. Хитрово [август – первая половина сентября или конец октября – декабрь 1832 г.] (стр. 77). Напечатано впервые в издании Пушкинского Дома:з«Письма Пушкина к Е. М. Хитрово, 1827–1832», Лгр. 1927, стр. 32 и 137–138. В собрание писем Пушкина включается впервые. Подлинник – на  листе бумаги обыкновенного почтового формата, без водяных знаков – в ИРЛИ (Пушкинском Доме); писано карандашом.

Перевод:Ч«Да, по совести, милый братец [le joli frère] положительно плох, вчера я его привез к себе. Он между сумасшествием и смертью, через час будет кризис, и Вы получите известия. – Как Вам не совестно было так легко отозваться о Карре: в его романе есть дарование, и он стоит изысканности Вашего Бальзака. – Прощайте, прекрасная и добрая».

Датировка письма основывается на том, что роман Альфонса Kappa°«Sous les tilleuls» («Под липами»), о котором, повидимому, в письме идет речь, вышел в свет в первой половине июля 1832 г. Следовательно, он мог быть в Петербурге и читаться Пушкиным, как новинка, уже в августе того же года или позднее. Конец 1832 г. Пушкин проводил в Петербурге, кроме одного месяца, между 16 сентября и 19 октября, когда ездил в Москву (Н. О. Лернер, «Труды и дни Пушкина», С.-Пб. 1910, стр. 271–272).

– Le joli frère – кого имеет здесь в виду Пушкин, не знаем; вряд ли дело идет о Л. С. Пушкине, который весь 1832 г., до выхода своего в отставку 17 декабря, провел в Варшаве (Л. Майков, «Пушкин», С.-Пб. 1899, стр. 39 и др.). Вероятнее всего, дело идет об одном из Гончаровых, и скорее всего о среднем, Иване; младший, Сергей, был еще слишком молод, а на среднего указывает, быть может, наименование «joli frère» – повидимому, непереводимый по-русски каламбур в сопоставлении с названием зятя – «beau-frère». Все сообщение Пушкина имеет каламбурный смысл, понятный для Е. М. Хитрово, но ускользающий от нас.

– Karr – Jean-Baptiste- Alphonse Karr (род. в Париже 24 ноября 1808 – ум. 30 сентября 1890 г.), французский писатель. Пушкин, очевидно, имеет в виду его дебютный роман «Sous les tilleuls [«Под липами»] par Alphonse Carr, 2 тома. A Paris, chez Gosselain, вышедший в июле (до 14-го) 1832 г. и напечатанный уже в августе вторым изданием (о нем см. в статье Б. В. Томашевского, «Французская литература в Письмах Пушкина к Е. М. Хитрово» в названном выше издании Пушкинского Дома, стр. 244–245, 252). Отзыва Е. М. Хитрово о романах Kappa до нас не дошло. Пушкин сохранил интерес к Карру и в дальнейшем. В его библиотеке имеются три романа Kappa: «Une heure trop tard» (1833); «Vendredi soir» (1835) и «Le chemin le plus court» (1836) (см. Б. Л. Модзалевский, «(Библиотека Пушкина», С.-Пб. 1910, стр. 262), из которых два последние были куплены Пушкиным – первый 7 марта 1836 г. и второй – 18 июня того же года (см. «Пушкин и его соврем.», вып. XIII, стр. 115 и 121).

– Balzac – Honoré de Balzac (род. 1799 – ум. 1850), французский романист. По мнению Б. В. Томашевского, Пушкин в своем отзыве о Бальзаке подразумевал произведения его 1831 и 1832 гг.: «La Peau de Chagrin» и «Lafemme de trente ans». Характеризуя творчество Бальзака словом «marivaudage» (изысканность), Пушкин обозначал им большое количество манерных и капризных по форме деталей, данных Бальзаком в своих произведениях. «Если для нас это слово, – говорит тот же исследователь, – стало нарицательным, то для Пушкина его этимология была свежа. Пушкин, понятно, был хорошо знаком с романами Мариво: «La vie de Marianne» (1731) и «Le Paysan parvenu» (1735). Эти романы по характеристике Сент-Бева и Флери отличаются аффектацией стиля, стилистическими ухищрениями, вычурностью и изысканностью неологизмов, слишком большим злоупотреблением мелочами. То же наблюдается и в романах Бальзака, о стиле которого Сент-Бев выразился как о стиле «обольстительно-порочном», изломанном и изощренном. Очевидно, именно особенности стиля Бальзака и вызвали в Пушкине презрительное слово «marivaudage» (об отношении Пушкина к творчеству Бальзака см. в названной выше работе Б. В. Томашевского, стр. 245–249, и в его же статье о Бальзаке и Сочинениях Пушкина, изд. «Красной Нивы», вып. 12, стр. 48). По отзыву Пушкина 1836 г., Бальзак не был образцом как писатель для русских романистов (см. Акад. изд. Сочинений Пушкина, т. IX, ч. I, стр. 309); у русских же читателей романы его пользовались громадным и широким успехом. Увлекалась несомненно ими и Е. М. Хитрово; недаром Пушкин пишет ей «Votre Balzac» (см. в статье Н. В. Измайлова в «Письмах Пушкина к Е. М. Хитрово», Лгр. 1927, стр. 183). Зачитывался ими также  А. Н. Вульф в 1833 г., о чем дважды отметил в своем дневнике (Л. Н. Майков, «Пушкин», П. 1899, стр. 201, 203–204). В библиотеке Пушкина были романы Бальзака в изданиях 1833 и 1836 гг. (см. Б. Л. Модзалевский, «Библиотека Пушкина», С.-Пб. 1910, стр. 147, 148, 287, 310 и 329).

– Belle et bonne – прозвище, данное Вольтером его воспитаннице Филиберте Варикур (позднее маркиза Виллет; Rouph de Varicourt, marquise de Villette, 1757–1822).

Сноски

116 И. И. Дмитриев в 1830 г. сообщал кн. П. А. Вяземскому, что в «Северном Меркурии» Д. И. Хвостов был назван «северным соловьем», (см. «Старина и Новизна», кн. II, стр. 162).

117 Внучка Е. М. Хитрово, дочь гр. Д. Ф. Фикельмон – графиня Елизавета-Александра (род. 1825), в 1841 г. вышедшая замуж за князя Эдмунда Клари-и-Альдринген (о ней см. «Дневник» Пушкина, под ред. Б. Л. Модзалевского, П. 1923, стр. 38).

118 Или гр. Д. Ф. Фикельмон, или гр. Е. Ф. Тизенгаузен.

119 Поэтому записочки Пушкина датируются второй половиной 1832 г.